Одиннадцать дней вечности

«Но что это? Зачем? Для чего?» – Вопросов у меня было столько, что если бы я могла говорить, то засыпала бы ими принца. Увы, я могла только смотреть на него.

– Я думал, только мне выпала такая судьба, – проговорил он, поймав мой взгляд. – Самый младший, самый слабый, неудачник… А похоже, Клаус тоже страдал от этого. И не выдержал…

«Да от чего же?!» – подалась я вперед и снова протянула руку, мол, что это, зачем ты носишь вещь, которая мучит тебя денно и нощно? Почему ее носил Клаус? Создатель и причуды его последователей тут ни при чем, это ясно!

Эрвин коснулся ворота – казалось, будто он хочет оттянуть его, но тот не поддался, он будто сросся с телом, пустив корни в живую плоть…

«Что это?» – одними губами спросила я.

– Колдовство, – эхом откликнулся Эрвин. – Я не могу снять эту рубашку, хотя и мечтаю об этом. Только вот снимать ее придется с кожей вместе… Но я полагал, это случилось только со мной, потому что мне опять не повезло, Элиза не успела закончить работу, и я хоть и стал человеком… но не вполне.

«Какое колдовство, о чем ты?» – Я не выдержала и обеими руками схватилась за его руку, но Эрвин снова высвободился.

– Только не пугайся, – попросил он, встав во весь свой немалый рост. – И помоги, мне самому не с руки.

Дрожащими пальцами я расстегнула пряжки на ремнях, удерживавших его плащ, и тот соскользнул на пол…

Я смотрела, не дыша, как с шелестом разворачивается белоснежное крыло, огромное, словно у посланников Создателя на старинных гравюрах, как Эрвин с наслаждением потягивается, расправляя его…

– Немеет, – виновато сказал он.

Я несмело протянула руку и коснулась теплых перьев, провела по ним пальцами – он, выходит, запомнил прикосновение, но… как такое может быть?

– Я терпеть не могу морских червей, – совершенно серьезно произнес Эрвин. – Но тебе неоткуда было об этом знать, а я не мог говорить. Как причудливо меняются роли, не находишь?

Мне нечего было ответить, я лишь еще раз провела ладонью по белым перьям.