Безобразная Жанна

– Поесть я уже припас, – кивнул бродяга на свою котомку, – но вот от какой-нибудь попоны или овчины, хоть драненькой, не отказался бы.

– На конюшню не ходи, там собаки… кстати, а почему не лаяли собаки? – нахмурилась я. – Ты их не отравил, часом?

– Хозяйка, да за что же? – поразился он. – Они службу несут, жизнь их такая собачья… Нет. Просто секрет знаю, в нашем семействе от отца к сыну, от деда к внуку передается. На меня ни одна собака сроду не гавкнет!

– Ну… допустим, я тебе поверила, – нехотя кивнула я.

 – И все же – конюх спит чутко, а вилы у него под рукой. Или ты и конюхов усмирять способен?

– Чего не умею, того не умею. Ладно… выпросил бы покрывало с твоей кровати, да уж больно оно нарядное! И горничная хватится, куда запропастилось, верно? Не мыши же сгрызли… Обойдусь, не впервой.

– Как на кухню идти, помнишь? – вздохнула я. – По правую руку от лестницы еще одна кладовая, там зимние вещи хранятся. Вытащи что-нибудь из-под низу, туда складывают что поплоше. Но если наделаешь шума…

– Буду тише мыши, – заверил бродяга.

 – А если слуги заметят?

– Они в эту кладовую до зимы не полезут, а заметят – друг на друга свалят, ну а мне все едино не скажут. Кстати, можешь и серебра прихватить, оно в той же кладовой, в сундуке, – добавила я. – Приемов у меня тут не бывает, так что приборы теперь только зимой чистить станут, и если пары ложек не досчитаются, опять же друг друга обвинят.

– Покорно благодарю, – серьезно сказал он. – Мне много не нужно, поднос с супницей уж точно не потащу!

– Бери и уходи поскорее.

Думаю, если войти ты сумел, сможешь и выйти, – добавила я. – Иди себе поздорову. Спасибо за то, что рассказал.

Он кивнул, беззвучно приоткрыл дверь, но на пороге обернулся и сказал еле слышно:

– Я, может, еще загляну к тебе на огонек.

– Что?

– Огня, говорю, не туши пока. Я снаружи погляжу да посчитаю, которое окошко твое, а то дом уж больно мудрено построен, перепутать – как делать нечего. Этак вот промахнусь да влезу к твоей экономке, а она, сдается мне, дюже злая! Добрых снов, хозяйка…

Я невольно улыбнулась, когда дверь закрылась за незваным гостем, потом подумала и заложила ее на засов, а топорик положила возле изголовья постели.

И, что самое удивительное, уснула как ни в чем не бывало, словно не разговаривала полночи со странным бродягой! Околдовал он меня, что ли, в самом деле?

Глава 2

День шел за днем, за окном отгорело жаркое лето.