Спастись от мужа

Мари

Узнала я о смерти водителя совершенно обыденно.

После примирения мы с Генрихом спали в супружеской постели. Он крепко обнимал меня, словно боялся отпустить даже на миг. Утром был ласковым и предупредительным. Дал выходной Фрекен Бок, а мне разрешил прогуляться по саду.

Я радовалась достигнутому и не загадывала далеко вперед. Вернуть доверие очень сложно. В какой-то степени даже чувствовала вину за то, что не рассказала мужу истинную причину аварии.

Мы завтракали за одним столом и много смеялись.

Генрих посадил меня рядом с собой и все время касался моей руки, подавал лакомые кусочки. В его глазах светилась любовь.

– Не скучай без меня, майне либе.

Это ненавистное выражение сегодня звучало нежно и ласково. Моя душа пела от счастья.

Я, как и прежде, проводила мужа на работу и, напевая под нос, пошла в комнату прислуги, чтобы отдать распоряжения по дому.

– Нет! Не может быть!

Я вздрогнула от крика и замерла, боясь открыть дверь. Что это?

– Не кричи!

Голос кухарки Хильды доносился приглушенно.

Как всегда ледяной и скрипучий, как несмазанная телега. Никакого участия!

– Не верю! Не верю! – мощной волной опять ударило по ушам.

Я испуганно распахнула дверь. В комнате находилось трое. Визжала горничная Эльза. Она была как безумная. Прятала лицо в ладонях, мотала головой и визжала.

От этого визга закладывало уши, и мороз бежал по спине. Нехорошее предчувствие камнем легло на сердце.

– Мне кто-нибудь скажет, что случилось? – громко спросила я.

– Ганс погиб в аварии, – ответил герр Ульрих.

– Как погиб?

На ватных ногах я прошла к стулу и села. В голове звенела пустота. Только появлялась одна мысль, как тут же ее сменяла другая.

Неужели это дело рук Генриха?

Не может быть! Зачем ему? Это простое совпадение. Ганс невнимательно вел машину. Я сама тому свидетель.

А вдруг?

Это «а вдруг» пугало до дрожи в коленях, хотя предпосылок для такого вывода не было никаких. Мужчина может психовать и ревновать, даже ударить другого человека, если подозревает измену.

Это ненормально, но в жизни много таких случаев. И все же между обычной злостью на кого-то и убийством человека по простому подозрению лежит глубокая пропасть. Нужно быть больным на всю голову или социопатом, чтобы решиться на убийство по такому пустяковому поводу.

«Спокойно, Маша! Без паники, – внушала я себе. – Нужно сначала разобраться».

– А подробности можете рассказать? – просипела я: в горле внезапно все пересохло.