Тени академии Света

Он крутится, пытается остановить поток черни, готовой потеснить элиту, а все, получается, зря?

– Но девчонка все время была перед глазами. Она даже пальцем не шевельнула.

– Сильному магу и не надо шевелиться, – усмехнулся Сувер. – Ты об этом прекрасно знаешь.

– Но ведь и принимающая сторона должна быть мощной, – возразил Адреас. – А этот новичок – слабак, сразу видно.

К друзьям подбежал воин-маг и поклонился.

– Господин президент, вас вызывает к себе Его Священство.

Друзья переглянулись. Каменное лицо стража ничего не выражало, но потому, как он не смотрел в глаза Адреасу, тот догадался, что его ждет неприятный разговор.

Так и случилось.

Президент только приоткрыл дверь в кабинет ректора, как отшатнулся: прямо на него летел стул. Адреас захлопнул дверь и прижал ее.

– Н-да, маг Католей в ярости, – покачал головой Сувер. – Я, пожалуй, подожду тебя в коридоре.

– И ты оставишь меня одного? Эх, брат!

– Не трусь! – шутливо толкнул друга Сувер. – Я с тобой!

Адреас прислушался, подождал, пока шум в кабинете немного стихнет и снова открыл дверь.

И среди всего этого беспорядка сидел ректор. Он невозмутимо держал в руках листы с ответами и разглядывал их. Все легкие вещи кабинета кружились над его головой, а тяжелые ползали по полу.

– Ваше Священство, я хотел как лучше. Простите!

– И чего добился?

– Честного результата.

– Уверен?

Беспокойство закопошилось в душе, что-то обычно уравновешенный и спокойный ректор слишком был взвинчен.

– Д-да. Я наблюдал за некоторыми новичками на первом экзамене. Такое впечатление, что они знали задание заранее.

– Хочешь сказать, что кто-то из преподавателей академии приторговывает знаниями?

– Нет, что вы! У нас здесь только уважаемые люди!

– Тогда нельзя доверять студентам. Предлагаешь закрывать академию на железные запоры? Магических недостаточно.

– Нет…

Президент запутался, оттого чувствовал себя неуютно. Откуда-то появилось ощущение вины, словно он совершил неподобающий поступок.

– Ты знаешь, что натворил?

– Н-нет.

Теперь Адреас окончательно растерялся, он отпрыгнул от стула, стремительно надвигавшегося на него, и упал в кресло, которое неожиданно подкатилось сзади и ударило под колени. Теперь оно кружилось по кабинету, и у президента начался бунт в голове и желудке.