Тени академии Света

– Правда? – недоросль просиял лицом от счастья. – Я могу обрадовать отца?

– Поторопитесь. Министр Кочеабил Тенган Старший уже ждет вас за воротами.

– Ваше Священство, вы отпустите их? – подскочил Адреас.

Но Сувер дернул его за ножны, заставил сесть на диван и удерживал, пока ректор провожал парочку мошенников к двери. Как только они скрылись в коридоре, друг набросился на президента.

– Да ты спятил! Зачем так грязно играешь? Пусть развлекаются до пору до времени.

– Я так не могу! Как представлю, что нищенка обманом попадет в академию… готов убивать!

– И в чем обман?

– А твоя магия спит? Неужели не чувствуешь?

– Нет.

– Да, странно. Такое впечатление, что старик все понимает, но не хочет идти против королевского закона.

– Вот видишь! Он намного старше нас и мудрее. Предлагаю пока наблюдать, а дальше…

Сувер загадочно поднял и опустил брови, угол рта дернулся.

Адреас замолчал, в бессилии опустил плечи и закрыл глаза.

– Хорошо. Наблюдаем. Завтра второе испытание?

– Да, – кивнул Сувер.

– А вопрос по логике уже готов?

– Да, – новый кивок.

– Сложный?

– Да.

– Что ты заладил, как дятел: «Да, да, да!»

– А что ты хочешь услышать?

– Пора размяться, – Адреас встал, потянулся, расправил плечи.

– Согласен.

– Сначала в салон мадам Вергены?

– Можно и туда.

– Или ты хочешь встретиться с Клементиной?

Вопрос Сувера застал врасплох. За полдня Адреас даже не вспомнил о возлюбленной. Ни разу, словно вычеркнул ее из своей жизни. Это настолько его поразило, что он изменил планы.

– Сначала Клементина.

Они вышли из прохладной академии и тут же попали в послеполуденное пекло. Адреас приложил ладонь козырьком ко лбу и оглядел площадь. Пусто, только слуги снуют по своим делам. Оглашение результатов завершилось, новички разъехались.

«И где теперь искать Клементину?» – с досадой подумал он.

– Да, дружище, кажется мы опоздали, – хлопнул его по плечу Сувер. – В салон?

Президент раздраженно дернул плечом, но пошел в сторону конюшен.

Однако и в салоне мадам Вергены он не расслабился, несмотря на то, что выпил эля больше обычного. Звук скрипок бил по ушам, от танцовщиц неприятно пахло потом, а высокий голос певицы казался визгом несмазанных спиц у колесницы.