Мой босс – мой враг?

Затылок с тупым стуком прикладывается к ледяной корке, искры сыплются из глаз, но от удара изо рта вылетает всхлип:

– Помогите! – сиплю едва слышно, приподнимаюсь, глубоко вдыхаю и уже кричу во все горло – Спасите!

– Ах, ты, сучка!

Удар в лицо такой сильный, что я падаю, опять приложившись головой о лёд. На мгновение отключаюсь, а когда прихожу в себя, чувствую, что бандит бьет меня по рёбрам. От каждого тычка перехватывает дыхание, и я складываюсь пополам. Кажется, тело, пронизанное острой болью, разрывается на куски.

– Помогите! – упрямо сиплю, на большее нет сил, боюсь, что без поддержки со стороны не справлюсь.

А ее, как назло, нет: ни одна штора на окне не шелохнулась, ни одна машина не остановилась, а прохожие давно спрятались по уютным спяльням от непогоды.

«Господи, спаси!» – молюсь про себя от отчаяния. Не верю, что так глупо расстанусь с жизнью.

Не верю!

Но разъяренный мужик не останавливается. Он злобно работает ногами.

– Заткнись, я сказал, заткнись! – сопровождает он каждый пинок шипением.

Я уже не могу кричать. Сворачиваюсь клубком, прикрывая живот – самое болезненное место. Но этому гаду мало, он дергает меня за плечо и опрокидывает на спину, только чувствую, как рвётся на мне одежда, слышу звериное рычание и больше ничего не соображаю.

– Пожалуйста, мне больно, – вырывается стон. – Не убивайте меня.

– Лежи тихо, сука! – приглушённый приказ раздаётся где-то над головой. – Тогда и больно не будет. Передавай привет Каланче.

Его слова звучат так неожиданно, так неправильно, что я на миг перестаю сопротивляться. В голове проносится стая мыслей. Причём тут Степка? Что он сделал этому чуваку?

– Мамочка, спаси меня! – рвётся из горла крик, но тут же захлёбывается от хлесткой пощечины.

Холодные пальцы расстегивают джинсы, ледяной ветер забирается под одежду, хлещет плетьми снега, кожа дрожит, зубы стучат, лицо залито кровью из разбитого носа. Но я даже пошевелиться не могу, какая-то безучастность овладела сознанием, воспринимаю происходящее словно со стороны.

Тяжесть наваливается на меня, закрывая от непогоды. Что-то тёплое и твёрдое тычется в живот, скользит по покрытой мурашками коже…

– Ах, ты, мразь! – над головой раздаётся крик

И вдруг все исчезает, кроме ветра, который бросает в лицо комки снега, я слышу звуки ударов.

Открываю глаза и захлопываю, ничего не видя вокруг, но инстинкт самосохранения гонит меня от проклятого места.