Будь со мной нежным

Ему хорошо, он ангел терпения, может трудиться в поте лица и день, и ночь и не устать.

– Конечно, – огрызаюсь я и бросаюсь к парадной одежде. – Разве можно иметь столько подопечных, как у меня? За всеми даже уследить не успеваю.

– Что поделаешь, нехватка кадров, – разводит руками Ахайя. – Людей все больше, а состав ангелов не меняется.

– Надо поднять этот вопрос пред Святейшим.

– Рискни.

Мы замолкаем. Наши ряды пополняются крайне редко. Это настоящее событие для небесной канцелярии. В ангелы могут перевести человеческую душу, которая соответствует строгим параметрам.

Я надеваю строгий белый костюм, расправляю каждое перышко, складываю крылья вместе, повязываю галстук. К вылету готов, а в груди все трясется от страха. Падать больше некуда, я и так в самом нижнем ряду небесной канцелярии. Разве что секретарем на божественный суд отправят грешников пересчитывать. Не хотелось бы. Позор для ангела света.

– На, выпей, приди в себя! – Махасия протягивает бутылочку нектара-энергетика.

– Пайеля вызывает директор!

Подскакиваю от металлического голоса громкой связи. Проглатываю напиток и, поправляя на ходу галстук, несусь к блюдцу внутреннего полетника: крыльями пользоваться запрещено.

– Ни пуха! – кричат вслед друзья.

– Ладно вам! – прыгаю на блюдце, оно тут же взмывает. – Скорости прибавь! – приказываю ему.

– Нельзя! – бурчит железка. – Правила внутреннего распорядка не разрешают.

– Отдам в металлолом!

– Будешь ходить пешком.

Блюдце наклоняется и уходит в крутой вираж, я теряю равновесие и чуть не вываливаюсь за борт. Нет, разбиться я не могу, но в полете придется расправить крылья, а за это получу штраф.

– Треснутый уродец! – срывается с губ.

– Такому работнику, как ты, новая техника не положена, – парирует блюдце.

Задираю голову и грожу кулаком центру управления.

У нас давно разногласия с этим средством передвижения. С трудом подавляю внутренний протест.

Блюдце кругами поднимается все выше и выше. Мимо мелькают отделы небесной канцелярии. Хотел бы я отвечать за любовь или здоровье, а еще лучше – за долголетие. На худой конец можно быть ангелом откровений: сиди и выслушивай жалобы людей, чем не пыльная работенка?

Быть ангелом поддержки и удачи – самое гнилое занятие.