Обреченные смерти не боятся

– Кайл Бенсон, – показываю удостоверение с моей фотографией охранникам. – Собеседование по поводу работы.

Недоверчиво смотрят и переговариваются между собой, хорошо, что я не слышу, как они меня обсуждают, не хочется снова слушать какой я странный. Несмотря на недоверие к моей персоне, двери передо мной открываются и меня пропускают на территорию интерната, так и  не обнаружив ничего подозрительного.

– Подождите директора на лавке, он скоро спустится к вам, – кидает мне в спину охранник, чье лицо чуть меньше похоже на изюм.

Присаживаюсь в тень, падающую из-за огромного куста сирени. Цветы довольно интересные растения. Помню, как-то раз, когда у меня случился очередной срыв, а Томас пришел меня успокаивать, он начал рассказывать мне про язык цветов, про то, что у каждого цветка разного цвета есть свое значение среди людей. Удивительно, но это помогло мне успокоиться, и на следующий день он притащил мне книгу, где рассказывалось обо всех цветах. Сирень означает любовь и первую влюбленность.

– Кайл Бенсон? Это вы? – высокий мужчина в пиджаке встает передо мной и загораживает весь вид на сирень.

– Да, Мистер Уилсон, – подскакиваю со своего места и пожимаю ему руку. – Кайл Бенсон, пришел на собеседование.

– Не думал, что ты настолько молод…  – слегка хмурит брови. – Ну что ж, расскажи, почему хочешь тут работать.

Тут нужна очень правдоподобная история о том, почему двадцатилетний парень хочет работать уборщиком в интернате, расположенном в лесу, а не каким-нибудь мойщиком посуды поближе к городу.

– У меня неоконченное педагогическое образование. Взял перерыв на год, чтобы подзаработать на обучение, а хочу работать именно у вас, потому что хотелось бы посмотреть, как работают профессионалы и научиться чему-нибудь, – стараюсь вовлекать в диалог всё свое обаяние, которое раньше неплохо срабатывало на Томасе и воспитателях.

– Не думаю, что у тебя будет возможность посмотреть на наших учителей в работе, но пообщаться с ними ты сможешь, – лицо Мистера Уилсона смягчается, и я даже замечаю капельку одобрения.

Несмотря на то, что пишут во всех книгах о расстройстве личности про отсутствие эмпатии, я видимо каким-то невероятным чудом, избежал этой особенности своей болезни. Или это результаты групповой терапии, но я понимаю, какие эмоции испытывают другие, по крайней мере, в диалоге со мной. Это неплохо помогает сориентироваться в какую сторону клонить.