Хранимая

– Я могу отвернуться, – пожал плечами Хранитель.

– Этого недостаточно. Ну, пожалуйста, Эль, вода остывает! – заканючила я.

Тот на миг задумался.

– А если я обернусь?

– Как это? – не сообразила я, озабоченно поглядывая на бадью. Остынет же!

– Если я буду Малышом, я не буду тебя так смущать? – ровно поинтересовался Эль.

– Ладно, – смирилась я, – только всё равно отвернешься и не будешь подглядывать.

Эль сделал даже больше: поставил рядом два стула и накинул на спинки полотенце.

Пока я принимала ванну, Малыш честно сидел носом в стенку и отчаянно зевал. На дно бадьи была постелена простыня, чтобы постояльцы не цепляли занозы. В кувшине оказался аналог геля для душа и шампуня одновременно. Я покосилась на подарок травника, гордо стоящий на столе. Нет, пожалуй, в другой раз буду разбираться и пробовать. А сейчас хочется просто полежать в теплой воде.

Я едва не уснула в этом корыте, но Малыш пару раз негромко тявкнул, и я заставила себя вылезти из почти остывшей воды. Смыла пену чистой водой из ведра, оделась и отправилась спать. Кажется, приходила прислуга, чтобы сменить воду Элю, а потом уносили "ванну", и Эль им что-то говорил. Во всяком случае, с утра в комнате не было ничего лишнего.

Я проспала почти до обеда, над чем братец добродушно подтрунивал. Когда с поздним завтраком было покончено, Эль предложил пройти до ратуши и оформить мне документы.

Я не смогла выбрать сразу, не определилась, и когда мы прошли в ратуше в какой-то кабинет так задумалась, что разговор Эля с чиновником прошёл мимо меня. И только когда братец незаметно пихнул меня локтем, сообразила, что меня уже третий раз о чем-то терпеливо спрашивают.

– Как записать ваше родовое имя, леди? – вежливо и учтиво повторил усатый дядька в старомодной одежде.

– Земля, – выдала я первое, что пришло в голову.

– Хорошо, так и запишем. Маргарита фон Земля, официальное сокращение – Марго. Родители, дата и место рождения? – тут над склонившимся над бумагами дядечкой Эль как-то странно провёл руками.

Тут же, без дальнейших вопросов, на бумагу были проставлены три чернильные и сургучная печати, номер бумаги был записан в какую-то книжечку.