Внешняя угроза

Немецких агентов определили под команду Кузнецова, и прибывший с короткого выезда Самохин уже приступил к подробному допросу.

А Титов пошел докладывать Вадису. Тот уже нетерпеливо крутил головой. Странный бой, странный доклад и странное поведение старшего группы его раздражали.

При разговоре присутствовал Сочнов. Майор выложил все подробно, заострив внимание на необычном поведении чужаков, а также на их снаряжении.

– …А больше всего меня поразила неизвестная принадлежность этой группы, – выкладывал свои сомнения Титов.

 – Амуниция, оружие, техника… Я даже не понял, что это и для чего. И технологии… Не нашел ни одного аналога с известной техникой. И потом, немецкие агенты утверждают, будто их расспрашивали о планете, о государствах. Кому и зачем нужны эти сведения?…

Генерал и его заместитель внимательно выслушали Титова, осмотрели оружие и вещи чужаков. Но делать какие-либо выводы не спешили.

– Что с ними сейчас? – спросил Вадис Сочнова.

– Хирург делает операцию раненому. По его словам, тот в тяжелом состоянии.

Четыре ранения, потеря крови, шок… Но надежда есть. А женщина пришла в себя. Но подавлена, молчит. Не исключена контузия. Кстати, она тоже ранена в руку осколком.

– Граната ударилась о балку и рванула в воздухе, – пояснил Титов, виновато глядя на генерала. – Потому и накрыло всех.

Но Вадис не обратил внимания на слова майора, стоял у стола, где были разложены вещи, и смотрел на плоский кейс. Потом поднял голову и взглянул на Сочнова.

– Надо допросить женщину.

Немедленно! Пусть врачи приведут ее в норму как можно быстрее!

– Хорошо, товарищ генерал, – ответил Сочнов. – Я сам туда поеду и поговорю с ней.

– Да. Впредь до особого распоряжения к этим пленным иметь доступ будем только мы трое. Самохину я скажу. Ты! – Генерал повернулся к Титову. – Будешь нужен здесь. Кульков справится сам?

– Да, товарищ генерал.

– Передадим ему остатки группы Гаврилова и нацелим на диверсантов, заброшенных в последние дни. Одну группу вы случайно прихватили.

Но есть еще как минимум три.

Подробности боя в Осмысках Титову успели изложить буквально на ходу. И рассказали о гибели Гаврилова и Тихонова. Майор переживал смерть друзей, но последние события как-то отодвинули скорбь на второй план. И даже то, что его снимали с работы и вновь создаваемую группу отдавали Кулькову, мало волновало. Головоломка с чужаками занимала сейчас все мысли Титова.

– Значит, так, – подвел итог разговору Вадис.