Запертая в своем теле

– Эви, – ровным голосом начала я, входя в комнату. – Никогда больше не ходи туда без спросу. Понятно?

Дочь сидела под «щитом от ос», как она называла теперь одеяло, и, не повернув головы в мою сторону, смотрела телевизор. На полу посреди комнаты валялась пустая коробка из-под хлопьев, еще дальше – ложка. Локти и колени ее пижамы позеленели от травы – значит, на выброс, такое уже ничем не отстирать. Нечесаные волосенки всклокочены, в уголках рта прилипли крошки.

Часы показывали десять тридцать. Значит, ребенок был предоставлен себе последние часа четыре, не меньше.

Я взяла пульт и выключила телевизор. Вибрирующая тишина встала между нами стеной.

– Ты поняла, что тебе сказано? Нельзя уходить из дома одной. Это опасно.

– Я хотела сказать тебе, мама. – Эви смотрела на меня мокрыми, широко раскрытыми глазами. – А ты все спала и спала и никак не просыпалась.

Я зажала ладонью рот и закрыла глаза. Отвращение к себе раскаленной проволокой сдавило горло.

Господи, да что же это?

Глава 18

Три года назад

Тони

Утро понедельника выдалось не таким спокойным и размеренным, как хотелось бы.

Прежде всего, я проснулась, чувствуя себя разбитой, точно с похмелья, хотя к таблеткам не прикасалась уже больше суток.

Воспоминание об осах до сих пор тревожило Эви, не говоря уже о красных зудящих ранках от их укусов, оставшихся на ее лице и руках.

– Мамочка, застегни мне, пожалуйста, кардиган, – попросила она чуть ли не шепотом. Вид у нее был несчастный.

– Ты же большая девочка. Разве ты разучилась застегивать пуговицы?

– Нет, просто я хочу, чтобы ты меня застегнула.

Ее волнистые светлые волосы уже были заплетены в две косы, а красная с серым форма добавляла румянца ее бледным щекам, на которых там и тут выступали злые пятна от укусов.

Застегнув кардиганчик, я притянула дочку к себе. Она обхватила меня обеими руками, и мы ненадолго замерли, наслаждаясь молчаливым проявлением любви.

Потом Эви отпрянула и посмотрела на меня.

– Мама, сегодня ты ведешь меня в школу?

– Веду ли я тебя в школу? – с деланым изумлением повторила я, чем вызвала призрак улыбки на лице дочки. – РАЗУМЕЕТСЯ, я веду тебя в школу, глупенькая моя обезьянка. Разве можно пропустить такое событие? Да ни за что, даже за весь чай в Китае.

Я пощекотала ей животик, надеясь услышать гортанное сдавленное хихиканье, которое так любила, но Эви увернулась, напряженная и настороженная, и нахмурилась.