Запертая в своем теле

Это прозвучало так царственно будто мы обитали в дорогущих апартаментах или пентхаузе на берегу Трента[6 - Трент – одна из крупнейших рек Англии. Берет начало в Стаффордшире и впадает в Северное море, минуя Ноттингемшир, Дербишир, Линкольншир и Йоркшир.].

– Извините, я еще не успела разобрать вещи после переезда.

Гостья проследовала за нами. Оказавшись в гостиной, я быстро схватила пульт и перевела телевизор на беззвучный режим.

– Наконец-то тишина, а то даже мыслей своих не слышу.

Секунду-другую я оглядывала комнату, пытаясь увидеть ее глазами Харриет.

Ковер почти полностью скрылся под огромным замком из «Лего», который Эви сооружала все утро. Рядом с постройкой высились груды разноцветных блоков.

Перед телевизором пылилась разобранная игровая приставка, которую мама откопала на какой-то гаражной распродаже специально ко дню рождения внучки. Многочисленные проводки змеились и изгибались среди пустых стаканов и тарелок с крошками от тостов. Пахло печеньем и теплом человеческих тел.

– Эви, помоги прибрать здесь немного.

Это прозвучало как мольба.

Мелкая дрожь, возникшая, когда Харриет Уотсон позвонила в дверь, превратилась в полновесные и регулярные удары молота. Пот буквально заливал подмышки.

– Прошу прощения за беспорядок. – Глупо хихикнув, я раскинула руки, словно указывая на всю комнату разом. – Мы только что переехали.

Мисс Уотсон деловито кашлянула и зыркнула на Эви сквозь некрасивые круглые очки.

– А ты, юная леди, отчего не поможешь маме? Или ты умеешь только создавать беспорядок?

В горло точно воткнулась зубочистка, заставив тяжело сглотнуть.

– Ничего страшного, пусть лучше играет, – сухо ответила я.

Учительница молча поджала губы. Стало ясно, что ситуацию следовало спасать, а значит, пришло время прибегнуть к проверенному способу восстановления мировой гармонии.

– Мисс Уотсон, не хотите ли чашку чаю? – Выражение ее лица оставалось каменным. Переходить на обращение по имени она явно не спешила. – Если вы не торопитесь, мы могли бы поговорить на кухне.

Сухо кивнув, Харриет проследовала на кухню.

– Садитесь, пожалуйста. – Я бросилась заваривать чай, пеняя себе за то, что так и не собралась в магазин за покупками: в доме не осталось ни единой завалящей печенюшки, а в наши кружки ушли последние капли молока.