Таёжный дьявол. Хранитель чащи

– Куда им, а вот хищники – проворные животные! – выдавив усмешку, пояснил Влад и толкнул Анатролия в бок так, что тот едва не поперхнулся.

Охотник в ответ кивнул и потянулся к кружке.

– Я гончих и борзых тут не видел. Одни лайки-погонщики.

– В нашем деле всякие сгодятся. Это как выучить. Собака – друг человека, а для охотника – верный товарищ и брат! – объяснил Леший.

– Кх-именно! – подтвердил Анатролий, откашливаясь.

– И как давно вы занимаетесь охотничьим делом?

– Да уже и не припомнить, – призадумался Владимир.

 – Ещё дед моего деда тут оленя бил.

Пайрия нахмурился.

– Дед твоего деда говоришь? – видя сердитый взгляд хозяина чума, пробормотал себе под нос Степан.

Он вспомнил, что ни на цветных, ни на чёрно-белых фото нигде не встречал никого, кроме ненцев. Охотники были явно не из местных. Все как один матёрые, бывалые военные, отчуждённые от хозяйственных забот. Резали мясо крепкой, набитой рукой, да и внешностью от северян отличались. Конечно, можно предположить, что их на фотокамеру кочевники не снимали, но скорее, охотники были нездешние, приехали сюда недавно и вряд ли по приглашению.

Расспрашивать о затерянной советской экспедиции и закравшихся подозрениях Степан думал неуместно. Голову брал пьяный дурман. Степан решил припрятать мысли до завтра и утолить любопытство с утра.

– Гланаван-мана, праздника большой добыча. Раз дича-мана многа, зачем-а завтра-ма в леса идти? – вдруг спросил Пайрия, тревожно поглядывая на Степана.

– И то верно! Зачем завтра идёте, если собираетесь сворачивать стоянку? – озадаченно переспросил он.

Охотники переглянулись.

– Так тебе ж надо показать! – проговорил Владимир и все разом рассмеялись.

– А не много-ма ли чести? – заметил Пайрия с иронией. – Нама бы тута помогать.

– Действительно! Кх-кхы! – подтвердил Степан.

– У нас в лесу остались незавершённые дела, – с сердитым прищуром сказал Анатролий.

– Настоящая охота никогда не бывает лишней, а стоянку и без нас соберут, – разъяснил Анатролий, сердито поглядывая на хозяина чума.

 – Лучше местных никто этого не сделает. К тому же другие охотники в стойбище остаются. Они помогут.

Пайрия ответил сдержанным молчанием, словно понял, что в разговор ему лучше не встревать.

– Каждый тут занят своим делом. Всяким рукам найдётся применение, никто без дела не сидит, а коли сидит – голодным будет, – добавил Владимир. – Так что и мы заняты должны быть. Дорога предстоит долгая, все после есть захотят.