Проклятые земли. Левиафан. Книга 4

Крепость была хорошо видна из любой части города, она располагалась в самом центре Саннефьорда, собственно, город появился здесь благодаря крепости, постепенно разрастаясь в стороны от ее серых угрюмых стен.

Это было высокое многоуровневое строение из разновеликих каменных блоков с одной внешней стеной и узкими стрельчатыми окнами. Для нордманов, которые вообще не особенно любили строить оборонительные сооружения (разве что частоколы и смотровые башни), возведение подобной крепости вполне можно было приравнять к народному подвигу.

Ничего подобного не было ни в Телемарке, ни в Агдерах, ни даже в прославленном Ругаланде.

Но поехали они не к крепости, а к бражному залу, что ютился подле ее восточной стены. Эйрик говорил, что от долгого сидения в крепости у него сводит зубы. Да и деревянные строения были ему ближе «каменных мешков», как и любому нордману.

Бражный зал представлял собой вытянутое строение длиной не меньше тридцати гейров и высотой порядка десяти. Его стены образовывали врытые в землю дубовые столбы, между которыми располагались плетеные вставки, снаружи обложенные торфом, а изнутри обмазанные глиной.

Четырехскатная кровля, крытая гонтом, массивно нависала над бражным залом, точно перевернутый вверх дном драккар. Из нескольких треугольных отверстий в крыше выплывали жидкие канаты сизого дыма.

Они оставили коней у западного «мужского» входа. Воины, сопровождавшие Аудуна и Лейва, кивнули двум хирдманам, что стояли перед входом, надо думать – на страже. Те без лишних слов расступились, лишь сурово посмотрели на незнакомцев, и, как отметил Аудун, не было в их взорах ни капли гостеприимства.

Внутри бражный зал выглядел именно так, как он себе и представлял. Одно огромное помещение, посреди которого – широкий длинный стол и ряды деревянных скамеек. По сторонам от стола и в его дальнем торце располагались обложенные камнем очаги, на некоторых что-то готовилось. Мощные деревянные столбы шли двумя рядами по обеим сторонам от стола, поддерживая многочисленные лаги и деревянные балки кровельной основы.

Их украшала великолепная резьба, изображавшая эпические сюжеты, перемежавшиеся рунами и ставами.

Воины повели Аудуна и Лейва вдоль стола, за которым восседали хирдманы конунга. Их было немного, едва ли треть хирда, но все это были ветераны, прошедшие десятки кровавых схваток, многие – убеленные почтенной сединой. Все они смотрели одинаково, как и стражи у входа, – с недоверчивым любопытством, но без всякого страха.