Бладхаунд. Играя на инстинктах

Девушка застыла на опушке, будто статуя, высеченная из белоснежного алебастра рукой истинного мастера. Она должна войти на погост, потому что там он выбрал место для ее Освобождения.

По дальнему периметру кладбище широким полукольцом обступала высокая покосившаяся ограда. Старые гнилые доски с торчащими во все стороны черными гвоздями выглядели хлипко, но для слабой девчонки они станут непреодолимой преградой. Есть два пролома, но первый уводит к реке, в закрытую бухту меж скал, а сразу за вторым охотник выставил капкан.

Нужно только чтобы она вошла, пересекла первую линию серых могильных плит – столь старых, что слова на них уже невозможно разобрать. Но Лайфсейвер тупила. Бладхаунд недовольно рыкнул и решил, что пора ее подтолкнуть. Он медленно снял повязку с глаз и затянул Сумеречную Колыбельную, выходя из тумана у нее за спиной. А в следующее мгновение в душу Ники отрезвляющей бурей ворвался ужас. Она тонко взвизгнула, мгновенно сбрасывая оцепенение, и вспугнутой ланью слепо помчалась через кладбище.

Колыбельная прервалась, когда Бладхаунд не сдержавшись расхохотался и рванул вслед за своей жертвой. Он смеялся все громче, и налетевший ветер искажал его смех, унося под облака далекими громовыми раскатами. Деревья за его спиной глухо затрещали и порыв могильного холода ударил в спину, нежно обнял крепкую высокую фигуру и ничуть не замедлившись полетел вперед, за обреченной бедняжкой.

Охотник быстро настигал ее. Неожиданно он почувствовал резкий запах, а его отточенный Порчей взгляд различил на крепких бедрах Ники, туго запакованных в бледно-синюю джинсу, разрастающееся темное пятно.

Они находились на середине кладбища, когда Лайфсейвер свернула за изуродованную временем статую, изображавшую толи ангела, толи саму смерть, и едва не рухнула в разрытую могилу. Нет, так не должно было случиться – Бладхаунд не хотел, чтобы эти прекрасные ножки покалечились! Поэтому, мгновенно сориентировавшись, он смахнул с пояса топор и запустил его в спину Ники.

Топор ударил точно над правой лопаткой, придав телу девушки достаточный импульс, чтобы она перелетела через двухметровую яму и, кувыркнувшись в воздухе, растянулась по другую сторону от могилы. Всего секунду над кладбищем висела гулкая тишина, а потом с новыми порывами ветра в небо устремился ее истошный, булькающий вопль.

Бладхаунд уже стоял рядом.