Бладхаунд. Играя на инстинктах

Разумеется, охотник убьет их обоих раньше, чем грозовой камень достигнет дна черного провала. Он и тех троих успеет убить, пока артефакт не поразит сердце Порчи. Но они все равно победят. И для них это – главное, и любые жертвы – всего лишь статистика, безликие строки на предвечном монументе славы, который никогда не возведут.

Или нет?

– Я брошу, – процедил Нимбл сквозь плотно сжатые зубы. Охотник стоял у парня за спиной, держа его за волосы и подставив к горлу лезвие топора.

– Конечно, бросишь, – ядовито улыбнулся Бладхаунд, глядя в глаза Хайта поверх головы его сына.

– С чего бы ему… – начал было паренек.

– Заткнись! – тут же перебил его Хайт. – Не говори с ним! И не слушай!

– А с того, что если ты не закончишь ритуал, один из вас останется в живых, – пояснил Бладхаунд, с наслаждением уловив предательскую рябь сомнения в глазах Хайта. – Я обещаю, – добавил он и плотнее прижал лезвие топора к шее парнишки, так что на коже выступила кровь.

А вот и вторая слабость. Что судьба целого мира против жизни собственного отпрыска? Эссенциал однажды сказал ему: не путай грязное с темным. Бладхаунд запомнил это. Как и прочие наставления своего владыки.

Руки Нимбла, по-прежнему сцепленные в замок с зажатым меж побелевшими пальцами артефактом, медленно двинулись в сторону от колодца. Взгляд Хайта лихорадочно метался с охотника на сына и обратно, рука, поддерживающая винтовку за цевье, мелко тряслась.

Бладхаунд улыбнулся так, что затрещала кожа в уголках губ.

А потом прозвучал выстрел.

Оглушительный хлопок с одновременной вспышкой непереносимо яркого света заставил охотника зажмуриться. Ослепленный, он отступил на несколько шагов, мысленно призывая на помощь Нареченную Мглу. Но та не ответила.

Он замахнулся топором в пустоту. Снова хлопок, снова вспышка и что-то остановило его, легко коснувшись груди. Затем какая-то неземная сила мягко забрала у него из рук оба топора, а потом и тот, что он носил за поясом со спины.

Внезапно шею обожгло.

– Какого?.. – глухо прозвучал незнакомый голос. – Он не отрубается!

– Так вколи еще! – нервно ответил другой, тоже незнакомый.

– И так двойная доза! – возмутился первый.