Ануш

И хотя довольно часто в Афганистане встречались неравные по возрасту браки, но сам Хасан, как образованный человек, был против них, а во-вторых, Джамил был не тем человеком, за которого стоило отдавать за муж красавицу Мадину. Не раз он сам хвастался, как время от времени поколачивает своих жен за нерадивость.

– Я не стану этого делать, – жестко ответил Хасан. – Девочке нет и четырнадцати. Зачем ей жизнь портить? Тем более она не местная, завтра или послезавтра уедет к себе на родину. Зачем тебе она, Джамил?

– Я хочу ее, вот и все, – продолжал улыбаться Джамил.

– Я все сказал, – ответил Хасан.

Джамил направился к машине, что-то напевая вслух, сел в нее и вскоре черный джип поднимая клубы пыли умчался со склада.

Ануш, сидел неподалеку на скамейке и все слышал. Он кипел от гнева и сжимал кулаки. Ему очень не понравилось, как вел себя этот худой Джамил с Мадиной и как говорил про нее.

***

На улице уже смеркалось. Несмотря на наступившую весну, по вечерам воздух все еще был холодным. В деревянной беседке, украшенной искусной резьбой беседовали двое мужчин. Одни сидел на большом деревянном кресле, с не менее затейливой резьбой чем беседка, а другой стоял напротив него, немного склонившись вперед, в знак признания своего подчиненного положения первому мужчине.

– Значит через три дня, – вздохнув, сказал первый.

– Да, господин, – кивнул второй.

– И ты все подготовил, как я сказал?

– Да, господин.

– А что люди Шер Мухаммада?

– Ничего, господин. Они ждут груз. Некоторые хотят быть с нами.

– Но не все.

– Нет. С некоторыми еще не говорили, с некоторыми говорить бесполезно.

Мужчина, сидящий в кресле, на несколько секунд призадумался.

– Пусть те, с кем не говорили, разберутся с теми, с кем говорить бесполезно, или наоборот – наконец произнес он.

– Да, господин. И я даже знаю с чего начать, – с готовностью кивнул второй.

– Скоро в этих горах будет все по-новому, – произнес первый. – Вот понюхай воздух, чувствуешь?

Второй мужчина глубоко вдохнул и сказал:

– Мне кажется, пахнет кровью.

– Ну, или так. На все воля Аллаха, – пожал плечами первый.

Сватовство

– Об этом не может быть и речи! – в ярости закричал Файзали.