Твои потухшие глаза

Я так долго ржал над этим, что в итоге от смеха пошли слёзы, а из-за прозрачной пелены я споткнулся о собственную ногу и полетел прямиком на землю.

Пока до меня бежал самый главный, я успел максимально точно рассмотреть асфальт вблизи. Смысла вставать нет. Всё равно меня отправят обратно – исследовать землю.

– Значит, бегать любишь? – Он сокращал пространство между нами.

– Значит, всё-таки тупой? – Почему-то мне было весело. Видимо, последние мозги мне тоже отбили.

– Хм… Дерзить любишь?

– Мой вопрос не поменялся! – Это я явно зря.

– Да ты совсем охренел! – В наш милый разговор влез один из его псов. «Фу! Сидеть» – хотел я сказать, но вовремя опомнился. Казалось, инстинкт самосохранения покинул меня вместе со здравым смыслом.

– Слав, почему ты его терпишь? – Они всё не унимались. Я не раз встречал этого человека в этом грязном заведении, где я работал, с девушками. Что-то в нем говорит мне, что он садист.

– Нет. С ним так нельзя, – его глаза играли жестокостью и насмешкой. Даже взглянув на него один раз, понимаешь, что это действительно страшный человек, – сейчас есть два варианта развития событий, – он подошёл ближе и прошёлся пальцем по моей коже лица, – Парни, ко мне его, – меня схватили за руку и куда-то потащили.

Что за ******? Мы шли относительно недолго. Это был какой-то очень старый подъезд. Я старался идти как можно медленнее, нехотя переставляя свои ноги, за что получал то пинок, то пощёчину. Мы вошли в какую-то маленькую квартиру. В этой комнате было только пару стульев и один шкаф.

Что-то это мне не нравится.

– Вот сюда, и как обычно, – он указал в направлении пола посередине. Меня же схватили и кинули в ровно указанный отрезок. Я пытался вырваться, но увы… Вот я и дошутился.

– Животные! – На что они лишь рассмеялись. И чего эти псы так лыбятся?

– Оставьте нас! – Грубый, властный голос. Так-с, насколько я понял, меня не будут избивать шестеро машиноубийц. Уже радует. Потерплю пару пощёчин и пойду себе.

Но рано я обрадовался. Он подошёл ко мне со свечкой.

– Уйди, – я попытался отодвинуться назад, но мои сопротивления были тщетны. – Если ты хочешь со мной переспать, сначала женись, – все равно умирать, так хотя бы с улыбкой. Это лицо надо было видеть. От удивления его немного перекосило, и он остановился. Затем, изменившись в лице, он подошел ближе.

Он поджёг свечку и начал медленно водить по моему телу. Жгучая боль пробегалась по всему телу.