Сам без оружия

Вот только низенький собеседник Грини страха не показывал и вообще вид имел донельзя спокойный.

– Не рвите голос, молодой человек, – сухо декламировал он, позволяя себе малозаметную хмурость. – Сделанного не воротишь. И потом, ювелира сам Козырь завалил. И жену заодно.

– Потому как ваш «надежный человек» пристрелил гостя ювелира! А свидетелей оставлять было нельзя.

– Потому что сорвался ваш «осторожный Митюня»! – явно передразнивая, хмыкнул невозмутимый тип. – Что до свидетелей – весь Питер уже знает о произошедшем! И полиция тоже!

– Но зачем было убивать гостя Штельмана?

– А это уже не ваше дело, юноша! Знаете воровское правило – за лишний спрос рубят нос! А то и голову! – Тип скользнул по Грише мрачным взглядом, вдруг смягчился: – Но вам, как надежному человеку, товарищу по борьбе, скажу: и сам ювелир и его гость – люди охранки.

– А Козырь теперь мне предъявит и за поручительство, и за убийство.

– Козырь стал лишней картой в игре, – нахмурился тип. – Он слишком известен и горд – тихо уйти не захочет… или не сможет. А попадет в руки полиции – лишнего наболтает.

– Митяй не такой! Он вор настоящий!

– Григорий! Давайте без уголовной патетики! Козырь сдаст и вас и нас! Его спасение в немедленном уходе. А он приперся сюда, да еще всех подручных притащил и каких-то бугаев нанял. Для чего?

Григорий тяжело вздохнул и зло посмотрел на собеседника.

– Нам надо уходить, – сказал он, вновь ударяя тяжелой ладонью по перилам. – Я батю с брательником привел, думал, они помогут с Козырем разойтись миром.

– Вот это вы зря, Григорий, – неожиданно мирно вздохнул тип. – Я уверен, что Козырь не причинил бы вам вреда. Да и сам способен успокоить его и помирить с вами.

– Вы? – В голосе Григория послышалось изумление.

Тип неопределенно улыбнулся, качнул головой:

– Было время. Знал я Митеньку совсем молодым и глупым. Да и должок за ним остался с той поры. Думаю, управу я бы на него нашел.

– А чего же тогда через меня на него вышли?

Тип стер улыбку с лица, покачал головой.

– Задержитесь на пару минут здесь, Григорий. Я спущусь первым и поговорю с Козырем. А потом уж и вы идите. Меня не окликайте.