Проект хаоса

Хороший офицер и специалист, он уволился из рядов на два года позже Сазонова. После одних интересных учений, где их отряд отрабатывал действия против неорганизованной массы людей. Проще говоря, зачищал протестующих.

Посмотрев на то, чему и как учили его бойцов, Храмов решил, что такие фокусы не для него и написал рапорт. Командование сперва отговаривало, но Храмов прямо сказал, что привык воевать с боевиками, бандитами и террористами, а не с бабами и детьми.

– За одну «Б» против двух других «Б», – напомнил он присказку командиру части.

Командир поморщился, но смолчал. Сам был не рад новым порядкам, но ничего поделать с этим не мог.

В итоге рапорт пошел в дело и капитан Храмов, не дождавшись следующего звания и новой должности, вышел на вольные хлеба. Вместе с ним ушли еще два офицера. Полиция быстро и четко избавлялась от тех, кто еще не потерял честь, совесть и достоинство. Нужны были те, кто готов воевать со своим народом.

Кстати, через Храмова Сазонов и устроил своего сына во Внутренние войска в тот самый отряд спецназа.

С отставным капитаном Сазонов иногда встречался, несколько раз бывал у него в гостях и знал, что тот примет незваного гостя без проблем. Тем более, есть что обговорить. Храмову он доверял больше, чем другим.

О провале дела Гапур узнал в тот же вечер. Бывший бандит не позвонил, а потом прошла информация о перестрелке во дворе жилого дома. На следующий день Гапур уточнил подробности.

К тому же у него вдруг оказался пистолет и бывший мусор не разучился им владеть. Плохо. Что упустили плохо. Теперь он настороже и больше к себе не подпустит. Надо бы доделать дело, но уже некогда. Плохо, что Сазонов может настучать своим и Гапура начнут искать. Но теперь не успеют.

Одно хорошо – тот, кто знал Гапура в лицо, мертв. Два других пристебая о заказчике не слышали, а значит, ничего не скажут.

И все-таки Сазонова надо убрать. Но теперь этим Гапур займется лично. И уже после начала операции. А пока не до старого волкодава. Пусть еще немного поживет.

7

Горинск. Продолжение банкета

Погибших в аварии пассажиров маршрутки хотели захоронить на старом кладбище. Но разрешения им не дали. Мол, там уже нет мест и никого не хоронят третий год, только «с подселением» к родственникам.