Меньшее зло

Доброту, отзывчивость, заботу они принимают за слабость и мягкотелость. И тут же начнут диктовать условия, а то и устанавливать свои порядки. Авторитетный командир для них тот, кто за успехи в ратном деле одарит золотом, а за провал – пулей.

Слушая речь, мы успевали поглядывать по сторонам, отмечая мрачные, угрюмые, злые, спокойные лица наемников. У кое-кого в глазах плескался страх, большинство же к перспективе скорого вступления в бой относились нормально. Привычное же дело!..

После столь вдохновенной речи подали команду разойтись по казармам, еще раз проверить снаряжение, потом ужинать и спать.

Подъем в семь утра.

– То есть у нас десять часов, чтобы слинять отсюда, – констатировал Антон, когда мы пошли обратно.

– Времени достаточно. Но шансов мало, – сокрушенно отозвался Марк. – Теперь-то побегов не допустят. Не удивлюсь, если все двери и окна в казармах запрут. На всякий случай.

– Похоже, нам придется совершить вояж на Миренаду, – кивнул я. – Если только наши не устроят какой-нибудь трюк.

– Какой? Возьмут лагерь штурмом? – горько усмехнулся Антон. – Ты видел самолеты? Барражируют. Следят. Да и охраны стало больше. И потом, что Серега и Толик могут устроить вдвоем? Ну, пусть с помощью десятка парней Эгенворта? Здесь же крупная группировка противника. Только начнут, тут же получат удар в спину. Не-ет… Не светит нам удрать.

– Ладно, – поморщился Марк. – Нечего панику разводить. Еще не вечер. Уйдем. Не отсюда, так с этой… Миренады.

Уже у входа в казарму нас нагнал один из наемников.

Коренастый малый среднего роста, ловкий, жилистый, с остатками роскошной кучерявой шевелюры на голове. Явный цыган, глаза карие, кожа смуглая, на губах наглая улыбка, зубы аж блестят. Он был без оружия и ранца, но в стандартном пехотном бронежилете и с накладками на коленях и локтях. Шлем тоже отсутствовал.

За время скитаний по мирам я уже наловчился определять род занятий людей по первому взгляду и почти никогда не допускал ошибок.

И профессию этого парня определил сразу. Пират. Самый натуральный. Ему бы кривую саблю на бок, за пояс пару пистолетов, на голову косынку – и вперед, на абордаж! Это для таких капитан напоминал о расстреле на месте.

– Привет, бродяги, – оскалился он, подходя к нам. – Я слышал, Бад Торпер объявился. Где он?

– Ну я Торпер, – шагнул вперед Марк. – Чё надо?

Наемник недоверчиво распахнул глаза и посмотрел на Марка. Улыбка на его губах померкла.