За них даже Боги молятся сами себе – и по погибшим тоже плачут

«Наблюдая дальше как голова оратора запрокинулась вверх с пристальным (взглядом) в распростёртое за стеклянным куполом голубое небо – где в космосе в огромном количестве летали загадочные сча – эн, – и так – же очень опасные, противоположные, мрин – эн, – заворожённые детишки затаили свои дыхания в ожидании, сюрприза, – наверняка обещанный им хозяином теплохода», – подумали все СВОЗЕМы, – и то – же выжидая, «Что будет дальше?» – затаили свои дыхания.

– Вопросы! И ещё раз! Вопросы! – неожиданно для всех закричал опять громко в голубое небо, – Анатолий Анатольевич, – и стал медленно, – опускать вниз и свою голову, и свои руки.

Понимая, – (намёк), внимательные и любопытные дети не заставили себя ждать и в следующую секунду сверху на СВОЗЕМов, – в светло – серебристых свитерах и с золотыми мешочками на светло – серебристых верёвках, завязанные вокруг их поясов, – посыпались словно (горох), – но строго по очереди, – многочисленные, вопросы.

Мелких умников и умниц интересовало абсолютно всё, и они были готовы, – добровольно лопнуть, – впитывая в себя всю информацию, – и так – же о личной прошлой и настоящей жизни, отвечающих, – СВОЗЕМов.

Почти через час ответив на уже двадцать пять вопросов, – первым не выдержал, – Мельник.

Его терпение лопнуло тогда, когда (приставучий), – и именно к нему, – плотненький за белой, – во втором ряду, – партой, и голубоглазый, с пухлыми, румяными, щёчками и то – же лысый мальчик в синих джинсах и в расстегнутой, коричневой на молнии, кожаной, короткой курточке с ярко – жёлтыми разводами поверх светло – коричневой, футболки, вдруг, – громко с серьёзным выражением лица задал, Мельнику, – следующий и очень (опасный) вопрос.

– Мельник как ты относишься к педофилам и к мужскому полу с нетрадиционной ориентацией?

Мгновенно, – покраснев и скорее всего оттого, что сидевшая рядом, Заря, – не выдержала и (прыснула) от смеха, – (вспыливший), Мельник тут – же обернулся и показал свой крепкий, правый кулак, – пухлощёкому, (серьёзному), мальчику, – и вдобавок вместо ответа громко крикнул.

– Ну, – Мякиш! Думай, что говоришь!

«Невозмутимая, ЖАЛО, – решив, что достаточно ответов и пора вмешаться! – пристально взглянула на Анатолия Анатольевича, – своими, впивающимися, – глазами».