В разбитом сердце

Я не отрывал взгляда от Кассандры и ощущал невиданное воодушевление – потому что обнаружил новые грани ее личности, прежде недоступные для меня.

От моего пристального взгляда ее щеки опалил легкий румянец. Она смущенно улыбнулась и пригубила виски.

– И что было дальше, после твоего переезда в Германию? – спросил я, пытаясь скрыть нетерпение. Подробности… я хотел знать абсолютно все о ней!

– Ничего необычного. Я подала документы в университет. Сначала я жила в общежитии. Мы с Кристофом встречались и вскоре съехались.

Бернд и Ингрит – его родители – постоянно помогали нам, пока мы оба окончательно не встали на ноги. Кристоф после окончания института открыл с несколькими друзьями архитектурное бюро, а я в это время писала магистерскую диссертацию. Когда защитилась, пошла работать в гимназию и параллельно писала докторскую. Мне было двадцать четыре года, ему двадцать шесть. За пару лет дело Кристофа по-настоящему набрало обороты. Как раз в это время нам приходилось сложнее всего. Мы редко виделись, потому что были очень загружены делами. Получив степень доктора, я решила сделать небольшой перерыв в своей преподавательской карьере и посвятить себя написанию книги. Это всегда было моей мечтой, и Кристоф поддержал меня. Правда, больше полугода дома я не выдержала и вернулась к преподаванию – но уже в университете. В это же время я начала писать учебник о том, как преодолеть языковой барьер, обо всех нюансах и сложностях английского языка. Неожиданно эту книгу очень хорошо приняли критики и эксперты. Благодаря этому мне даже дали звание профессора. Потом Кристоф сделал мне предложение. Это не было неожиданностью, ведь мы так долго встречались. Логичное развитие логичных отношений. Наши родители очень ждали этого момента. Мы обручились незадолго до его смерти. До свадьбы мы приобрели новую квартиру в доме, который проектировал Кристоф, – наше будущее семейное гнездышко. Настоящая сказка наяву. До нашей женитьбы оставался месяц, когда его сбила машина. Это был страшный удар. Все шло так гладко, ничто не предвещало беды. Сама не знаю, где я нашла силы, чтобы двигаться дальше. Я хотела вернуться в Норвегию к родителям, но спустя где-то четыре месяца после смерти Кристофа нас ждало новое потрясение. Объявилась незнакомая женщина, которая заявила, что у нее дочь от Кристофа. Представь, какой у меня был шок, и у родителей Криса тоже. Даже после его смерти мы оставались с ними близки. Бернд и Ингрит меня очень поддерживали и до сих пор это делают.