Этот безнравственный шеф

Мы проводили много времени рядом. С одной стороны – это нормально, но, с другой, – не лезет ни в какие ворота. Вместо того чтобы тратить время на теории, что представляет собой мой шеф, я должна подумать, как мне скорее от него избавиться и снова заняться делами в ателье. Только неожиданно накатило столько работы, что поисками новой сотрудницы на моё место я больше не занималась. Смутно я начала понимать, что смирилась со своим положением, пусть, может, и на время.

Одним заходом у озабоченной парочки, конечно же, не обошлось.

Почти сразу после того, как неприличные звуки стихли, невеста господина Миллера вышла из его кабинета и, помахав мне рукой, с высокомерной ухмылкой промаршировала к выходу. А мне предстояло отнести шефу на подпись важные документы, но я не знала, как появиться ему на глаза. Не то чтобы ситуация выбила меня из колеи, хоть я и была удивлена, что у него есть невеста, но мне было неловко от всего этого.

Пару раз постучав, я отворила дверь.

– Разрешите? Распишитесь, пожалуйста, тут и тут, – положив перед ним несколько бумаг, я указала пальцем на нужные страницы, сохраняя внешнюю невозмутимость. Он тоже был спокоен, но в воздухе витало нечто странное и гнетущее.

– Это всё? – спросил он по-деловому, сделав то, что я просила.

– Да, – я уже развернулась и собралась покинуть его кабинет, как он вдруг сказал:

– Неужели ничего не хочешь спросить? Любопытство не мучает?

– С чего бы? – решила отвертеться я, хотя отлично поняла, к чему он клонит.

– Знаешь, иногда меня потрясает твоё равнодушие. Что бы я ни вытворял и что бы вокруг тебя ни происходило, – ты всё время спокойна. Это как-то ненормально.

Я грозно сдвинула брови на его замечание.

– А что я, по-вашему, должна делать? Вы мой работодатель. Если я не показываю своего недовольства, – это ещё не значит, что меня всё устраивает. Я вам уже много раз говорила, как меня раздражает, когда вы приглашаете своих любовниц к себе в офис, но это же вас не остановило. Чего вы от меня хотите, я не пойму!

– Я сейчас совсем не об этом, – заявил он и поднялся. – Это была не моя любовница, а будущая жена.