Желанная месть

Незваный гость был Маркусом Кавано.

Но что он здесь делает? И как сюда попал?

Он видел, как они уходили из отеля, как вместе уехали. Она ведь сквозь залитое дождем машинное окно заметила, что он пристально смотрит им вслед. Но как он узнал, где их найти? У него не было времени, чтобы быстро поймать такси и проследовать за ними в дом, где живет Дарио. Как же все-таки он узнал, что надо ехать прямо сюда, чтобы их поймать?

– Элис…

Маркус перевел взгляд на нее. Она неловко поднялась с дивана.

Да, она хотела от него отвязаться, но не таким образом…

– Что, черт возьми, ты здесь делаешь?

– По-моему, это очевидно.

Выносить полный ярости взгляд Маркуса было ужасно, но намного ужаснее этот насмешливый тон Дарио, когда он ему ответил. Кошмар и позор. Именно так она и выглядела: распростертая на диване, спутанные волосы, ноги раскинуты, а одежда…

С горящими щеками Элис потянула вниз подол, а лиф платья – наверх, отчаянно пытаясь привести себя хоть в какое-то подобие порядка.

Руки так сильно тряслись, что она не могла дотянуться до молнии. Она умоляюще посмотрела на Дарио, чтобы он ей помог, но в ответ получила лишь пустой взгляд. Либо он не понял, либо…

Сердце екнуло, желудок сжался от прилива тошноты. Возможно ли, чтобы Дарио, видя, в каком она состоянии, не хотел ей помочь? Похоже на это. Он почти не смотрит на нее, сосредоточив все внимание на своем сопернике.

– Я… Это не то, что ты думаешь, Маркус… – запинаясь, произнесла она и замолкла, видя, что Дарио повернулся к ней и бросил на нее мрачный и презрительный взгляд, словно не в силах поверить, что она могла сказать такую глупость.

Да и она сама тоже не могла этому поверить. Объяснение этой сцены могло быть только одно.

– И что, черт побери, я еще могу подумать? – рявкнул Маркус. – Если только ты не станешь утверждать, что он проявил насилие?

– Я… Он… Нет, я не утверждаю, что…

Господи, да как у нее вообще язык поворачивается что-либо сказать? Но почему Дарио молчит? Почему ничего не скажет, чтобы снять нависшее напряжение? Но после того едкого замечания и холодного презрительного взгляда он застыл там где стоял, скрестив руки на широкой груди, и, сдвинув брови, молча наблюдал развернувшийся перед ним спектакль.

– Уж кто-кто, а он не растеряется, – заявил Маркус. – Его репутация известна.

– Репутация? – Элис была потрясена. Маркус, кажется, знает о Дарио то, что ей неизвестно.