Путь Фатума. Книга 1: Аллея ангелов

Ну как я могла так раскиснуть, причем перед этим непонятным человеком! Особенно не понравился факт, что он слышал мое пение. Ненавижу петь перед другими!

– Ну как сказать, ты уж извини, но слышал я всё…– немного смущенно сказал Дая, а потом, словно специально надавив на больное место, добавил, – ты так хорошо поешь, особенно под аккомпанемент пианино…

– А тебе какое дело! – взорвалась я. Ещё чуть-чуть и просто зарычу на него.

Да как он смеет? Постоянно молчал, избегал, а теперь вдруг поиздеваться захотелось?

Пару лет назад я увлеклась игрой на пианино и даже добилась некоторых успехов.

Свой недавно открытый талант я обычно проявляла на школьных праздниках, аккомпанируя поющим и танцующим младшеклассникам. Дома же я позволяю себе играть обе роли: сопровождать собственное пение музыкой… но только если я одна…

Как ни странно, но публичное выступление не вызывает у меня никаких затруднений, зато пение… Я ужасно боюсь петь перед публикой! Думаю, это один из комплексов, который я старалась все время скрывать.

А сейчас Смэш, непонятно откуда-то взявшийся, внезапно раскрыл мою тайну, причем в самый неподходящий момент.

Я резко встала и не обращая никакого внимания на соседа, направилась к лестнице. Я старалась идти твердыми шагами, чтобы Дайя знал, что я вовсе не какая-нибудь размазня, плачущая по мелочам, а Ангелина Вердаль – девушка, ничего не боящаяся и также «укутанная вуалью таинственности».

Мое шествие кончилось бы успешно, если бы я не перестаралась с «царской походкой» и не заметила, как наступила на лужу: Сириус опять разлила воду из лейки! Повторилась ситуация, случившаяся со мной на первое сентября и в дельфинарии.

Этот год стал для меня каким-то «падающим». Уж слишком неестественно! Ну не может быть, чтобы человек постоянно попадал в катастрофы из-за собственной неуклюжести. Может, кто-то специально подстраивает? Каждый раз один и тот же сценарий. Непорядок. Как будто в моем досье уже первоначально прописано: «обязательно умрёт от падения с высоты».

Проехав спиной полметра по мокрому полу, я в прямом смысле слова слетела с крыши вниз. Первое, с чем я пришла в самый ближайший и жёсткий контакт, оказался скат крыши над окном нижнего этажа. Плюхнувшись на него с ужасным треском (скорее всего это были ребра), я продолжила скатываться вниз по крутой поверхности. Острые края черепицы до крови сдирали кожу, и в мозгу, как разноцветные фейерверки, вспыхивали импульсы дикой боли.