Обольщение мисс Джонс

Впервые надев его, она думала, что будет выглядеть очень элегантно; теперь же Марта чувствовала себя неповоротливой и неуклюжей. Гэвин помог ей разрушить иллюзии относительно ее внешности.

Неужели все произошло всего час назад?

Не перенеся оскорбления, Марта выбежала из дома в отчаянном желании исчезнуть и забыть – сначала свадьбу, которая превратилась в адский цирк, а теперь… и этого мужчину, этого незнакомца.

Он действительно хотел ей… помочь?

И сразу же все тепло и радость, охватившие ее, испарились.

– Эй… – Сильные руки в кожаных перчатках подхватили ее, не дав упасть. – Ради бога… не смотрите на меня так.

И опять этот акцент – Марта была уверена, слух ее не подвел. В говоре мужчины не было придыхания, характерного для местных жителей.

– Я не сделаю вам ничего плохого. Клянусь, – произнес незнакомец.

Свободной рукой он снял шлем, и ветер растрепал его темные волосы. Мужчина тряхнул головой и откинул непослушные пряди с глаз.

Какие у него были глаза! Марта не ожидала увидеть ничего подобного. Незнакомец был смуглым, поэтому подсознательно она решила, что он – кареглазый. Вместо этого на нее смотрели зеленые звезды с золотистым свечением в глубине. Они мерцали над высокими скулами, окруженные невообразимо длинными черными ресницами, что могло бы показаться слишком женственным на мужском лице, но… почему-то не казалось.

Сильное тело, большие руки, обтянутые кожаными перчатками, дополняли образ, способный поразить воображение любой женщины.

Незнакомец притягивал и в то же время внушал опасение. Мужчина был высоким, широкоплечим, темноволосым. Длинные ресницы могли бы смягчать лицо, но вместо этого лишь усиливали контраст с высокими скулами, сильным подбородком и твердым решительным ртом, скрывая красоту глубоко посаженных зеленых глаз, превращая их во что-то совершенно непостижимое.

Кем же был ее спаситель – рыцарем в сверкающих доспехах или… дьяволом?

– Поверьте, я не причиню вам никакого вреда, – повторил он с нажимом.

Слова немного успокоили Марту, но акцент продолжал смущать ее. Он был слишком странным, слишком экзотическим, чтобы принадлежать тому миру, в котором она жила.

– Как я могу быть в этом уверена? – спросила она.