На вершине мира

Не все разделяли радость отца Клемми по поводу перспективного брака. Шейх Анкхары, чьи земли граничили с Растааном и который всю жизнь грезил о троне для своей дочери, не стал скрывать, что расстроит свадьбу, если сможет.

– Именно из-за угрозы, исходящей от него, шейх аль-Халифа, мой отец, – пояснил Карим, – взял на себя ответственность и отправил человека, которому он доверяет, чтобы доставить тебя к Набилу.

Но потом шейх изменил свои планы. Означает ли это, что что-то пошло не так? Клемми замерла.

– Не хочешь присесть? – неожиданно спросил Карим.

Похоже, все ее переживания отражаются на лице. – Вот. – Он быстро подошел к раковине, схватил стакан и наполнил его водой из-под крана. – Возьми…

Он буквально втиснул его в руку Клемми, накрыв ее своей ладонью. Ее пальцы отказывались держать стакан.

– Выпей. – Это была команда, и она невольно поднесла стакан к губам.

Девушка сделала небольшой глоток и чуть не захлебнулась. Он стоял так близко… Если бы она могла дышать, то почувствовала бы запах его кожи, головокружительный аромат лосьона после бритья.

Ладонь Карима была горячей, и если бы Клемми подняла голову, то увидела бы свое отражение в его глубоких карих глазах. Но кто она по сравнению с ним? Бледное существо с огромными глазами, которые выдают куда больше, чем хочется. Клемми не понравилось это чувство.

– Твой… Ты сказал, твой отец?

Резкий кивок был его единственным ответом. Он все еще прижимал стакан с водой к ее губам, давая понять, что она должна выпить еще.

Это, безусловно, смягчило бы ее пересохшее горло, однако Клемми не могла проглотить ни капли, пока он так близко. Девушка оттолкнула стакан. Она облизала губы, но это не помогло ей избавиться от гнетущего чувства. Особенно когда она заметила, как дернулся его кадык. Возможно ли, что Карим испытывает нечто подобное – некую же необузданную реакцию?

– А кто, собственно, твой отец?

– Ты знаешь его имя – ты только что о нем говорила.

– Я говорила о шейхе аль-Халифе, но он не может быть…

Еще один кивок, столь же быстрый, остановил ее на полуслове.

Она замотала головой так, что ее темные волосы взлетели в воздух.

– Не может быть. Докажи!

Его широкие плечи поднялись и опустились, словно игнорируя ее вызов. Карим запустил руку в карман своего пиджака, вынул из него бумажник и раскрыл его.

– Меня зовут Карим аль-Халифа, – медленно произнес он, будто разговаривал с ребенком, который не отличается умом. – Шамиль аль-Халифа – мой отец.