Наслаждение и месть

– Повторяю, – сказал Никос, изо всех сил стараясь сохранять самообладание, – тебе есть что сказать перед тем, как ты уйдешь?

Голова Сейди шла кругом.

Словно онемев, она никак не могла собраться с мыслями. Сейди могла думать лишь об объятиях Никоса и соприкосновении их тел. Ее сердце по-прежнему билось учащенно, на губах остался вкус его поцелуев, возбужденное тело жаждало услады.

– Ну? – резко и нетерпеливо сказал Никос и снова недвусмысленно взглянул на проклятые часы.

– Я…

Сейди никак не могла отыскать слова.

– И что это значит? – отрывисто спросил он. – Ты отказываешься, тебе нечего сказать? Или ты не намерена уходить? Возможно, у тебя нет никаких планов, а у меня они определенно имеются. Через пятнадцать минут назначена очередная встреча, затем бизнес-ланч и дневное селекторное совещание. Я не могу тратить на тебя время и ждать, пока ты соберешься с мыслями и поймешь, что все сказала. Ты высказала свою просьбу и проиграла.

– Проиграла? – тихим эхом отозвалась Сейди, вспоминая, для чего явилась к нему.

– Я ни при каких обстоятельствах не продам тебе «Терновники», – произнес Никос, подтверждая худшие опасения Сейди, – и не сдам тебе дом в аренду.

– Ох, прошу тебя! – перебила Сейди, решив сделать последнюю отчаянную попытку вызвать его сочувствие. – Не говори так, пожалуйста! Ты должен понять… Я смогу что-то сделать для тебя…

– Что это взбрело тебе в голову? Мне от тебя ничего не нужно!

Судя по тому, как решительно Никос пригладил волосы, он не собирался уступать ей.

– Тогда что же было минуту назад? Я уверена… – Она умолкла.

– А что было минуту назад? – цинично переспросил Никос, оглядывая ее всю, от растрепанных волос до обутых в черные лакированные туфли ног. Под его мрачным и презрительным взглядом она вздрогнула, чувствуя себя чрезвычайно уязвимой, словно с нее содрали кожу. – Почему ты решила, будто это имеет какое-то значение?

– Но ты.

– Что ты подумала? – отрезал Никос.

– Я подумала, что… что… что, когда ты…

– Когда я поцеловал тебя? – с насмешкой протянул Никос. – Неужели ты считаешь, что это было проявлением теплых чувств? Или, может быть. Черт возьми, неужели ты решила, что это была любовь?

Сейди почувствовала, как густо краснеет.

– Тогда сожалею… – продолжал издеваться над нею Никос.