Искры незабываемых чувств

 – Доверите ли вы подготовку к самому важному дню вашей жизни – или жизни вашей дочери – той, которая, не задумываясь о чувствах жениха, бросила его чуть ли не у алтаря?

– Все произошло не так, – пыталась защититься от нападок Роуз, но блондинка только еще сильнее затрясла газетой, отмахиваясь от ее слов.

– Сказка о вечной любви или о сбежавшей невесте! – объявила Джералдин, очевидно испытывая гордость за то, что придумала такой хлесткий заголовок.

Сомерсет удалось добиться поставленной цели – настроение зрительниц испортилось.

– Это не имеет никакого отношения к моей работе! – сделала попытку переубедить их Роуз, но это было так же бесполезно, как встать на пути у лавины. Мнение изменилось явно не в ее пользу.

Вдруг она осознала, что за этой унизительной сценой наблюдает Найро Морено, и бросила в его сторону беспокойный взгляд. Он все еще стоял поодаль, у стены.

– Эта женщина приносит несчастье, разрушая все, к чему прикасается, – не унималась Джералдин. Ее голос порой срывался на истерический крик. – Кто захочет иметь с ней дело?

– Я!

Четкий и громкий ответ немедленно заставил всех замолчать и затаить дыхание. Присутствующие расступились, уступая ему дорогу и с любопытством наблюдая, как он с грациозностью тигра прошел вперед. Даже Джералдин покинул ее боевой дух, и она, словно загипнотизированная, не сводила с него глаз.

Роуз прекрасно ее понимала. Найро принадлежал к тому типу мужчин, которые с легкостью становятся центром всеобщего внимания, стоит им только появиться.

– Я хочу, – повторил Найро и, выхватив газету из рук Джералдин, смял ее. Каждое его движение выражало презрение. – Я хочу, чтобы мисс Кавальеро сшила платье для той, которая мне очень дорога. Любой, у кого есть глаза, пожелал бы того же самого. Только слепец может не увидеть, насколько она талантлива и профессиональна.

Джетт, которого Роуз знала, никогда не признался бы, что в чем-то не разбирается, ни за что не продемонстрировал бы слабость. Но эта фраза сработала. Женщины, окружавшие Найро, понимающе заулыбались. Он заручился их симпатией в мгновение ока.

– Но даже я вижу, что ее наряды – произведения искусства, – добавил он.