Живая шкатулка

Эди помедлила, чтобы заглянуть в стеклянную витрину у двери. Среди брошей и чайных ложек она увидела мебель для кукольного домика. Там стояла качающаяся колыбелька, а в ней лежала крошечная подушка и лоскутное одеяльце. Эди решила, что эта колыбель идеально подойдёт в качестве «утешительного орешка» для Спекла.

– Сколько это стоит?

В кошельке у Эди оставалось всего пятьдесят пенсов.

– Вполне хватит, – сказала Ада, свободной рукой заворачивая колыбельку в газету. – Я посмотрю, что ты с ней сделала, когда в следующий понедельник мы к вам придём.

– В понедельник? – спросила Эди.

– Да, мы договорились с твоим папой. Завтра ко мне приезжает Джунипер, так что в понедельник я сделаю вкусный обед, раз уж твоя мама в отъезде. Вы с Джунипер сможете поиграть вместе. Твой папа считает это отличной идеей.

– Ага, – отозвалась Эди, изо всех сил пытаясь улыбаться.

– Бу-бу. Да-ба! – взвизгнул младенец, пока Ада несла его обратно к корзинке.

Эди отвела взгляд. На самом деле идея была ужасная. Джунипер, внучка Ады, была невероятно несносной личностью.

Глава одиннадцатая

Бейкер-стрит

Найдено: один экземпляр книги «Гарри Поттер и Принц-полукровка», одна пара баскетбольных кроссовок

– Посмотри на это, Эди! – Папа держал за шнурки пару баскетбольных кроссовок двенадцатого размера. – Тебе не кажется, что это были бы идеальные школьные туфли?

Он развешивал потерянную обувь на бельевую верёвку.

Бенедикт достал из мешка очередной экземпляр «Гарри Поттера».

– Это уже третья только за эту неделю, – сообщил он.

Эди сунула ноги в баскетбольные кроссовки. Они были такие гигантские, что ей даже не пришлось снимать собственную обувь. Она была похожа на клоуна.

– Примерь ты, папа, – со смехом предложила она.

Папа натянул их, зашнуровав совсем слабо. Шлёпая по комнате, он отыскал в мешке с потерянными мячами баскетбольный, пару раз стукнул им об пол и швырнул через весь коридор Бенедикту.

Эди почувствовала, что её дёргают за косу.

– Припасы! – прошептала Импи, но Эди была слишком увлечена импровизированным баскетбольным матчем.

Бенедикт здоровой рукой поднял корзинку для мусора, и мяч влетел в неё.

– Забил! – воскликнул Бенедикт, а папа забарабанил по полу огромными баскетбольными кроссовками.

Импи опять подёргала Эди за косу.

– А как же Нид и Спекл?

Эди повернулась, чтобы уйти, как раз в тот момент, когда папа послал в «баскетбольную» корзинку Бенедикта футбольный мяч.