Исход

Несомненно, он самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела. Ошеломленная, ничего не могу с собой поделать, завороженно любуясь густыми, черными как смоль волосами, зачесанными назад. Безупречность лица подчеркивает четкий контур челюсти. Под густыми изогнутыми бровями – от природы черные длинные ресницы, обрамляющие оранжево-желтое пламя в глазах. Властный профиль дополнен широким длинным носом, крылья которого раздуваются от гнева. Рот – еще одно доказательство того, что создатель не торопился во время создания его внешности; пухлые губы являют собой симметричное совершенство.

Он – дьявол в костюме от Армани, с которым я никогда не должна была встретиться.

И угроза для меня.

Схватив со столика пульт, я с силой нажимаю кнопку регулировки громкости и в поисках верха от купальника бормочу себе под нос:

– Я не… не знала, что придешь ты. Я н-не знала, что ты вообще существуешь.

– Ты и не должна была. – Его едкое замечание как кислота, которую он заливает мне в глотку, отчего становится трудно дышать.

Из тебя отвратительная сирена, Сесилия.

Я бросаю взгляд на помост в безуспешных поисках топа, а затем скрещиваю руки на груди, чувствуя, как от унижения горит лицо.

– Тогда для чего было утруждаться и заявлять о своем существовании сейчас?

– По всей видимости, ничего нельзя сделать, чтобы эти два кретина не начали думать членом вместо мозгов.

– Из-за врага? – Я качаю головой. – Я тебе не враг.

Мужчина клацает зубами. Его взгляд полон осуждения.

– Нет, ты не враг. Просто извлекаешь выгоду из грязных деньжат своего папаши.

– О, как отрадно видеть отвращение в твоих глазах. Я уж было заволновалась, что ты пришел с другими намерениями.

– Я не трахаюсь с малолетками, – акцент подчеркивает его укор. – И я прекрасно знаю, что ты трахалась с моими парнями.

Его слова жалят, но я не показываю этого.

– Только с двумя. И судя по тому, что я вижу, тебе бы тоже не помешало извлечь выгоду из этого небольшого отступления от намеченного плана. Ты ужасно напряжен.

Мужчина раздраженно засовывает руки в карманы брюк.

– Какого черта ты здесь делаешь?

– Мне нужны ответы. Я хочу знать, что моему отцу ничего не угрожает.

– Я не могу этого гарантировать.