Финиш

 – Куда?

Прислонившись к двери, настраиваюсь на крайне неприятный разговор.

– Во Францию. В частную школу. Я же рассказывал тебе, что подал заявление.

– Ты уезжаешь через неделю, а говоришь мне об этом только сейчас?

Собираюсь с духом, прекрасно понимая, что сам виноват. Надо было думать, прежде чем заводить летние отношения.

– Я думала, Франция под вопросом.

Именно так и было, но французское происхождение отлично подсобило приему. Забавно, что именно французские корни в первую очередь побудили меня поставить такую цель.

А вот Виктория, кажется, считала, что у меня нет шансов.

– Да, думаю, такому парню, как я, иного и не светило, – язвительно отвечаю я.

– Я имела в виду другое.

– Да нет, именно это.

– Извини, – шепчет Виктория.

Подавляю гнев, зная, что эта шпилька в мою сторону прозвучала только потому, что Виктории самой было больно.

– Я не намеревался тебя обидеть.

– Хорошие парни так не поступают.

– Не смей винить меня в этом.

– Теперь не буду. Меня предупреждали.

– Пойду с ними разберусь. – Вытаскиваю из почти развалившегося комода штаны. – Скоро вернусь.

– Не утруждайся. – Виктория натягивает сарафан. – Я должна быть дома пораньше из-за того, что вчера задержалась у тебя. – У нее дрожит голос, и меня это не устраивает.

– Виктория. – Она смотрит на меня со слезами на глазах. – Я предупреждал тебя, что ничего серьезного между нами быть не может, потому что я могу уехать.

– Знаю. – Ее огорчение вызвано надеждой, что она станет исключением из правил.

Но наши отношения были поверхностными, потому что я ничего ей не рассказывал. Виктория была идеальной кандидатурой для того, чтобы скоротать лето. Богатая и порой немного требовательная, но с добрым сердцем. Она хмыкает, застегивая босоножки. – Я считала себя счастливицей, встречаясь с тобой. Теперь желаю забыть об этом.

– Я позвоню тебе.

Она молчит.

– Я обязательно тебе позвоню.

– А зачем? Не вижу смысла, – качает она головой. – Удачи во Франции.

Виктория встает на цыпочки, чтобы поцеловать меня, отвечаю на ее поцелуй и выпускаю из объятий, когда она, отстранившись, нерешительно замирает, после чего открывает дверь.

– Мне нравится, что ты отсюда уедешь. Ты слишком хорош для этого города.

Смотрю, как она удаляется по коридору. Вскоре слышу, как хлопает входная дверь. Меня терзает вина, но, одеваясь, подавляю это чувство. Начиная с этого момента, все, хоть отдаленно напоминающее отношения, будет только мешать моим успехам.