Финиш

В живот мне упирается его член, пока он пленяет поцелуем, и в это мгновение я забываюсь. Забываю о претензиях к нему и целую в ответ. Обхватив его за плечи, приникаю к его мощному телу и обвиваю его. Подсознание протестующе кричит, напоминая, что я добровольно принимаю в этом участие. Но это не переход власти, а поцелуй возлюбленного, напоминание.

Сердце грохочет в груди; возбудившись, сминаю ткань его толстовки, чтобы притянуть к себе. Тобиас потворствует, закинув мою ногу себе на талию и вжимаясь, пока мы оба не растворяемся в обжигающем поцелуе, создавая новое воспоминание, которое я нескоро смогу забыть.

У Тобиаса вырывается вымученный стон, когда он отстраняется и смотрит на меня сверху вниз. В его глазах я вижу потребность, желание, страсть, надежду.

– Целый день мечтал об этом, и если бы поцеловал тебя, войдя в дом, то не уверен, что смог бы вовремя остановиться. Я был бы рад перестать вести себя как джентльмен, потому что это противоречит моей натуре, да и ты полюбила другого меня.

Чтобы я просил разрешения тебя поцеловать? Да ни за что на свете.

Я ищу смысл в его поступках и намерениях, а Тобиас отходит и подбирает пакеты, после чего открывает дверь. Он старается. Старается с уважением относиться к очерченным мною границам, старается подстроиться под мой темп, хотя всегда был нетерпимым человеком.

Войдя в дом, отводит взгляд, словно ему больно даже смотреть на меня.

– Иди в душ. Я выгуляю Бо и разогрею суп.

– Ты не обязан это делать.

Повернувшись ко мне спиной, он замирает на пороге гостиной, его плечи напряжены.

– Просто позволь сегодня вечером за тобой поухаживать. Завтра можешь испепелять взглядом, орать и посылать куда вздумается – да что угодно, лишь бы тебе стало проще впускать меня в свой дом. Но ты не ела и не спала с тех пор, как я сюда заявился, а я не хочу так начинать.

Не дожидаясь ответа, Тобиас идет на кухню, а я смотрю, как он удаляется, понуро опустив плечи, и вожу пальцем по припухшим губам.

Всем своим естеством хочу пойти за ним, снова его поцеловать, ощутить вес его тела, поддаться чувствам, но здравый смысл побеждает, и вместо этого иду в душ.

* * *

Помывшись и переодевшись во фланелевую пижаму, иду на кухню и вижу тарелку разогретого супа и лежащую рядом записку.

Вышел на пробежку.

Отсутствие Тобиаса не приносит ни капли утешения. Никогда не думала, что после всего пережитого будет так сложно наладить с ним общение.