Пегас. Пламя Олимпа

И постоянно рисующий крылатых лошадей в своих тетрадях. Беда в том, что это самый плохой парень в ее классе. Да что там – самый плохой во всей школе.

Джоэль ДеСильва перевелся в класс Эмили пару месяцев назад, но уже несколько раз участвовал в драках. Он никогда ни с кем не говорил, и у него не было ни одного друга. Большая часть ребят из ее класса побаивались его и потому старались лишний раз его не трогать. Джоэль ДеСильва – последний человек в мире, с которым Эмили хотелось бы пообщаться. Но больше никого подходящего она вспомнить не могла.

– Пегс, кажется, я знаю одного парня, против которого ты возражать не будешь, – сказала Эмили. – Он из моей школы. Его зовут Джоэль. Он немного старше меня, но зато намного больше и сильнее. И я знаю, что он уже без ума от тебя, потому что рисует тебя на полях всех своих книг. Учителя ругаются, но ему все равно. Он живет через дорогу от школы, так что я могу попросить его прийти и помочь. Пожалуйста, позволь мне это сделать.

Жеребец обдумал ее слова. И тихо заржал.

– Спасибо, – сказала Эмили, поглаживая его. – Если пойду прямо сейчас, то вернусь очень скоро. С помощью Джоэля мы сможем вытащить копье и вправить крыло. – Она щелкнула крышкой телефона и подошла к жеребцу. – Я сфотографирую тебя. Это поможет убедить Джоэля, что ты настоящий.

Убедившись, что крыло попадает в кадр, она сделала снимок Пегаса:

– Отлично. Ладно, я пошла. У тебя тут осталось немного питьевой воды, а здесь несколько морковок и фасоль на случай, если проголодаешься.

Эмили подумала, не запереть ли двери. Но передумала. Если Пегас испугается, то может выломать их или даже разрушит сарай целиком. И тогда не останется места, в котором можно было бы его укрыть. Так что она оставила дверь открытой, понадеявшись, что жеребец будет ждать внутри.

– Я скоро вернусь, – сказала она, включая фонарик и выходя на лестницу.

Удивительное множество людей шагали по ступенькам. Кто-то, как и она, подсвечивал дорогу фонариком, другие пользовались зажигалками и свечами. Все, казалось, были в приподнятом настроении. Соседи, которые обычно никогда не разговаривали друг с другом, смеялись и болтали, медленно спускаясь или поднимаясь по лестнице.

Вниз пришлось идти чуть ли не целую вечность.