Рай дьявола

Она снова посмотрела Маркусу в лицо, затем опять перевела взгляд на его грудь, словно пытаясь убедиться, что глаза её не обманывают, затем медленно побрела вперёд.

Маркус догнал девушку, на ходу застёгивая рубашку.

– Тереза, послушай…

– Ты не обязан мне ничего объяснять, – собственные слова долетали до девушки словно издалека, – мы едва знакомы… конечно, мне любопытно, но я не хочу лезть не в своё дело… – она потеряла мысль и замолчала.

– Да, иногда счастье в неведении, – отозвался Маркус.

Вечер вступал в свои права, накрывая город призрачным полумраком.

Зажглись первые фонари. Начал моросить мелкий осенний дождь, разукрашивая улицы серыми красками.

Тереза поёжилась.

– Ты замёрзла? – спросил Маркус.

– Да, немного, – кивнула девушка, – и поэтому я невольно начала идти в сторону дома, – она улыбнулась.

Дождь усилился. Резкий ветер налетал порывами и подхватывал начавшие опадать листья, закручивая их в водовороты. Тереза остановилась на выходе из парка, из которого шло несколько дорог, одна из них – к её дому.

Девушка посмотрела в глаза Маркуса. Он мягко улыбнулся.

– Я был очень рад с тобой познакомиться, Тереза.

– И я, – отозвалась девушка. – Несмотря на некоторые странности, было довольно интересно. Я искренне надеюсь, что ты сможешь решить вопрос с отцом.

– Я тоже надеюсь. – Маркус поднёс руку девушки к губам и тронул лёгким поцелуем.

Тереза постаралась не придавать значения странным покалывающим ощущениям где-то внутри. Слегка сжав руку Маркуса на прощание, развернулась и пошла в сторону дома.

Глава 3

– Маркус, будь добр, смотреть на меня, когда я с тобой разговариваю! – прогремел тяжёлый голос короля Оркуса, от которого все подданные в ужасе разбежались как можно дальше.

Маркус медленно отвернулся от окна и устало взглянул на отца.

– Отец, мне жаль, что я разочаровываю тебя, но не всё так плохо, как тебе кажется. Мы не обязаны слепо следовать традициям во всём! Это глупо! Ты сам понимаешь, что я не гожусь на роль правителя планеты.

Феликс, напротив, обладает всеми необходимыми качествами для этого. Гораздо логичнее, чтобы он занял трон. Так будет лучше для всех. Подумай о планете, о народе. Разве не желаешь ты процветания своим подданным?

– Сын мой, – чуть мягче, но всё ещё строго проговорил король, – твоя логика до добра не доведёт. У нас есть традиции. И ни ты, ни кто-либо другой не вправе их менять. Только так мы до сих пор существуем.