Пегас. Битва за Олимп

 – Джоэль коснулся ее локтя: – Эм, ты точно уверена, что хочешь сделать это?

– А какой у меня выбор? Джоэль, я целыми днями только и думаю о спасении своего папы. И я ничего не могу с этим поделать. Нам не пришлось бы прятаться по кустам, если бы Юпитер поддержал нас!

Она в отчаянии всплеснула руками. Стоило им опуститься, на кончиках пальцев вспыхнуло яркое пламя, скользнуло по здоровой ноге и оставило выжженное пятно на земле вокруг нее. Эмили подпрыгнула и взвыла от боли.

– Эмили, успокойся! Ты же знаешь, что, когда переживаешь, становится только хуже.

– Чушь собачья! – воскликнула она. – Одно дело – быть Пламенем Олимпа. Совсем другое – постоянно поджигать себя!

– Ты должна успокоиться, – настаивал Джоэль. – Вспомни, чему тебя учила Веста. Ты можешь управлять пламенем, только когда сохраняешь спокойствие.

– Легче сказать, чем сделать, – буркнула Эмили, усевшись на землю и потерев обожженную ногу.

Сандалия покрылась копотью и еще тлела.

С тех пор как Эмили, переродившись, покинула Храм Пламени, она обнаружила в себе силы, которые не могла контролировать.

Силы, которые постоянно поджигали вещи вокруг нее.

Джоэль опустился рядом с ней:

– Мы вытащим твоего отца, обещаю. Но ты не сможешь помочь ему, если не научишься управлять пламенем.

– Джоэль прав.

Пэйлин появился из-за деревьев позади них. Ростом он меньше Джоэля, но куда более поджарый. Пэйлин умел проникать в самые недоступные места и прославился привычкой попадать в неприятности. Но его кривая ухмылка и сверкающие темные глаза всегда каким-то образом помогали ему найти путь к сердцу Эмили и рассмешить ее.

– На вашем месте я бы говорил потише. Половина Лабиринта слышит ваш разговор. – Он сел рядом с Эмили, игриво толкнул ее в плечо: – О, смотрю, снова поджигаешь себя.

– Нет, я споткнулась, – ответила Эмили, толкнув его в ответ.

Пэйлин криво усмехнулся:

– Ну конечно, споткнулась. Именно поэтому твоя сандалия почернела и тлеет.

За то время, что они провели на Олимпе, Эмили действительно полюбила Пэйлина.

Он и Джоэль стали ее лучшими друзьями. Такими, о которых она и мечтать не могла. Пэйлин также оказался в числе тех немногих олимпийцев, которые понимали, через что она прошла в плену у ЦИО на Говернорсе. Их всех пытали, чтобы получить информацию об Олимпе.

– К слову, о сандалиях, – Эмили сменила тему, заметив крохотные крылышки на его обуви, – ты ведь больше не воровал у Меркурия?

– Я? Конечно нет! – притворно ужаснулся Пэйлин.