Кто мы друг другу?

Вы отдавали распоряжения, ожидая от меня полного подчинения. Направляясь сюда, вы думали, что так будет продолжаться и дальше. Вы не заметили, что я уже не то покорное бесхребетное существо, каким была раньше, и это ваша проблема, а не моя. Такое случается, когда бросаешь человека на одиннадцать лет.

– Должен снова тебя поправить, Лилиана. Если я говорю, что твои дела – это мои дела, значит, так оно и есть.

Она мрачно посмотрела на него:

– Наслаждайтесь своим преимуществом, пока можете, Изар. Часы тикают.

Ему хотелось схватить ее и продемонстрировать ей, что может случиться, но он этого не сделал. Он ее опекун, а не похотливое животное, и не позволит страсти им управлять, как было в те дни, когда он целыми днями пинал мяч в захудалом дворе в своем родном городке, представляя себе, как однажды попадет в футбольную команду и сможет покинуть переполненный дом своего дяди, где в нем видели только лишний рот.

Он не собирается идти на поводу у своей страсти, даже несмотря на то, что за прошедшие годы Лилиана превратилась в удивительно красивую женщину.

– Разговор окончен, – бросил он тоном, не терпящим возражения. – Я немедленно забираю тебя отсюда. Можешь собрать свои вещи, пока я добрый.

Лилиана не сдвинулась с места.

– Я больше не несчастная двенадцатилетняя девочка, Изар, – мягко произнесла она, но ее голубые глаза при этом сверкали. – Я вам не позволю посадить меня в башню на вершине горы только потому, что я причиняю вам неприятности одним лишь своим существованием.

– Не позволишь? Ты уверена?

– Вы управляете компанией. Вы распоряжаетесь моим наследством. Но я уже достигла совершеннолетия, и меня вы больше контролировать не можете.

– Осторожней, Лилиана. В конце концов, это мне решать, удовлетворять или нет твою претензию на твою долю акций, когда тебе исполнится двадцать пять. Если я сочту, что ты не в состоянии управлять своими акциями, я буду вправе не передавать их тебе в течение еще пяти лет.

Это угроза? – бросила она в ответ. – Если так, то я почему-то не удивлена. В любом случае, это не имеет значения. Можете угрожать мне сколько хотите. Я вам не позволю засунуть меня в очередную тюрьму. Этого не случится!

– Можешь закатить истерику, – предложил он. – Как вздорная девчонка, которой ты по сути являешься.