Соблазни меня вновь

Она оказалась такой же избалованной, как и все остальные, несмотря на то что стояла рядом со своей матерью и притворялась невинной.

Восемнадцать месяцев спустя, когда появились первые расхождения в бухгалтерских расчетах «Скалас и сыновья» с судоходной компанией семьи Коннолли, Бальтазар решил действовать. Но он вспомнил ту ночь в беседке, страстность Кендры, а потом стал выжидать.

Он не просто позволил Томми заглотнуть наживку. Он сам нарочно провоцировал его на махинации.

Бальтазар сказал себе, что ему следует торжествовать, а не разочаровываться, когда Кендра подошла к нему и остановилась по другую сторону его стола.

Потому что он должен был знать в ту ночь три года назад, что она точно такая же, как и вся ее родня.

О невиновности не может быть и речи. Не в его мире и уж тем более не в ее подлой семье. Со своей стороны Бальтазар Скалас привык к тому, что каждый охотится за его деньгами. У него никогда не было ни одного друга, или женщины, или коллеги, которые не предали бы его за приличную сумму.

Этот урок он усвоил в юности.

Родной брат с радостью ударит ему в спину, если это принесет ему пользу. Бальтазар в этом не сомневался. Вот почему он и Константин аккуратно разделили наследство между собой. Они решили, что им лучше не искушать друг друга.

Избегая стопроцентного взаимного уничтожения, они старались вести себя дружелюбно друг с другом, что бы ни говорили таблоиды. В конце концов, ни у Бальтазара, ни у Константина больше не было родственников.

– Что ты можешь мне предложить? – спросил Бальтазар у Кендры, скрывая ярость.

Теперь она стояла к нему достаточно близко, и он мог разглядеть выражение ее лица. Или хотя бы попытаться. Он мог поклясться, что увидел нечто вроде страдания или опасения.

А может быть, она просто хорошая актриса.

Ее губы слегка дрогнули, потом она быстро поджала их в тонкую линию.

– Назови свою цену, – предложила она ему.

– Меня больше интересует, что, по-твоему, мне нужно. – Он смотрел на нее, как на любое завоевание – деловое или личное.

Она снова развела руки в стороны:

– Я могу предложить себя.

Бальтазар наблюдал, как пульсирует жилка у основания ее шеи. Если бы он не знал лучше, то подумал бы, что Кендра отчаялась. Что та ночь три года назад была не более чем обманом.