Соблазнение принцессы-дикарки

Но кажется, сама судьба позаботилась о тебе. У тебя право первородства, Делани. Ты уже знаешь, что это такое. Почему бы не поехать и не повидать другую жизнь?

– Потому что я не хочу уезжать! – крикнула Делани. Ей было наплевать, если ее услышит главнокомандующий с золотистыми глазами.

Ее мать снова погладила ее по руке и хитро посмотрела ей в глаза:

– Если ты в самом деле не хочешь уезжать, это нормально. Никто не будет тебя заставлять.

– Спасибо, – торопливо сказала Делани.

Кэтрин продолжала стоять на своем:

– Но мне интересно: ты боишься ехать или просто упрямишься? – Она покачала головой.

 – Потому что если ты упрямишься, моя дорогая девочка, то я буду настаивать на твоем отъезде.

Делани потребовалось два дня, чтобы принять решение. Целых сорок восемь часов она снова и снова убеждала себя в том, что ей следует делать, и плакала, что было неподобающе для человека, выросшего на Среднем Западе.

Капризы – удел нервных жителей прибрежных районов.

А жители Среднего Запада сделаны из более прочного материала. Соль земли, так сказать.

Но потом она напоминала себе, что она, по сути, не имеет никакого отношения к Среднему Западу. Анализ ДНК не солгал, как бы она этого ни хотела. Делани была примерной девушкой из Канзаса, которая выросла на ферме, а теперь она – принцесса.

Однажды во дворе ее фермы появился мужчина, и жизнь, построенная, как ей казалось, на прочном фундаменте, заложенном поколениями, рухнула.

В этом она обвиняла только Каэтано. Она поискала о нем сведения в Интернете и выяснила, что большинство СМИ льстят и заискивают перед государством Иль-д’Монтань и его нынешним лидером повстанцев.

Кэтрин переезжала в город. Она собиралась продать землю соседям и передать ферму в надежные руки. Когда Делани заявила, что останется, чтобы наблюдать за переездом, продажей и непостижимыми переменами в жизни, Кэтрин отмахнулась от нее.

– Ты слишком долго ухаживала за мной, – повторяла она снова и снова, пока Делани не признала материнскую правоту.

Вот так началась новая жизнь Делани, которой она не хотела.

Блестящие внедорожники приехали за ней рано утром. На этот раз из машины вышел только Каэтано.

Они уставились друг на друга. Он стоял за массивным, безупречно чистым автомобилем. Она была на крыльце, где попрощалась с матерью. Ее глаза были красными от слез, и она задавалась вопросом, как все это переживет.