Лучший способ примирения

Мужчина заговорил с акцентом, словно английский для него – выбор нечастый, не изменил расслабленной позы, лишь взгляд, казалось, стал более пронзительным при виде девушки.

– Но это лишь потому, что никто до сих пор не осмелился занять мое место, как бы отчаянно я ни старался избавиться от оков власти.

– Жаль. – Бриттани остановилась рядом с его небрежно вытянутыми ногами, почти встав между ними. Пусть оценит ее чувство юмора. Она уверена, что этот намек будет понят. И точно, блеск в его глазах, дерзкий и уверенный, усилился.

А он не такая уж скучающая персона, какой притворяется.

– Значит, это вы обладатель самого внушительного в мире пениса и репутации победителя многочисленных непристойных пари? И что вам потерянное королевство?

Ее слова произвели ожидаемый эффект. В толпе наметилось оживление. Правда, по-прежнему невозможно было отвести взгляд от мужчины. Его улыбка была холодной, а красивые глаза жгучего оттенка даже не смягчились, излучая ледяной блеск.

– Мисс Холлис, полагаю?

Он явно узнал ее с первого взгляда.

Как и она его. Но правила игры предписывали определенные шаги. И она снисходительно кивнула.

– Большую часть жизни я провел в изгнании. – Его вкрадчивый голос не вязался с беззастенчивым взглядом, раздевающим ее. – Сегодня лишь революционеры называют меня королем. Но ими движет отнюдь не верность, скорее глупый восторг и жажда переворотов, разрушений, романтика повстанцев, грубо говоря. – Кайро дал понять, что, кем бы ни был сейчас, он рожден править. – Надеюсь, добрались без трудностей.

Монте-Карло несопоставим с карикатурными кабаре Парижа, где ошивается всякий сброд. Опустим грубые выражения. Полагаю, вдали от вашей канавы вам не очень неуютно.

О, она недооценила его. Кто бы мог подумать, что королевский отпрыск-ловелас в дорогом костюме и репутацией скандалиста еще и умен. В голову не приходило, что он умеет оскорбить столь изысканно. В ее душе шевельнулось нечто вроде восхищения.

– Говорят, подобное притягивает подобное. – Бриттани широко улыбнулась, мгновенно меняя тактику поведения.

 – Так я и оказалась здесь.

Губы, невозможно соблазнительные, вновь изогнулись в ухмылке. Бриттани ощутила легкое возбуждение.

– Вы, должно быть, воодушевлены моим посланием, не говоря уже о приглашении. Не похоже, что вы в восторге от собственной удачи, дорогая.

– Смею вас заверить, я понимаю, какое счастье мне выпало. – Она подчеркнуто вежливо растягивала слова, точно разговаривая с глупым ребенком. – Правда.