Любовь с чистого листа

Ожить, выйти из творческого кризиса. Сдать работу в срок, чтобы вывести мой все еще стартап на новый уровень.

– Больше такого не повторится, – произношу я больше для себя, чем для него. Лучше бы я сказала это про себя. Про себя и перед зеркалом в ванной. В моем обещании звучит мольба, чтобы он никому не говорил, но по натянутым губам Рида я понимаю: ему вся эта ситуация не по душе.

– Могу заверить вас, что не намерен с кем-либо это обсуждать.

Видимо, это обещание в ответ – его вариация слов «я никому не скажу».

Я должна быть довольна или хотя бы спокойна. А чувствую себя так, будто совершила наркосделку по версии «Антологии драмы». В прошлой эпохе.

Рид двинулся, будто собираясь встать, и мне стало страшно, что эта недоговоренность так и застрянет между нами, поэтому я решилась спросить… первое, что пришло в голову:

– Почему нет?

Вздернув левую бровь, он молча возвращается в кресло. Точным движением поворачивает чашку, затем смотрит на меня.

– То есть, если вы все знали еще тогда, почему пришли ко мне сейчас? Почему не… не до свадьбы?

– Это не было самым срочным делом в моем списке.

 – Этим сухим ответом он все же умудрился донести до меня мысль: я разрушила каждую деталь его жизни – отношения, конечно же, благосостояние, карьеру, возможно, даже дружбу. – И, кажется, время меня поджимает.

– Время поджимает? – Я почти визжу. С ним что-то не так? Я что, вхожу в его предсмертный список дел? Кажется, у меня глаза выскочили из орбит и полетели через стол, прямо как в мультиках.

Пожалуйста, пусть с ним все будет хорошо, думаю я, переполняясь эмоциями.

– Ох, нет, что вы, – быстро говорит он, явно обеспокоившись моими мультяшными глазами. – Я переезжаю из Нью-Йорка. К концу лета, скорее всего.

– О, мне жаль.

Жаль? А чего мне жалеть? Его отъезд мне только на руку. В конце концов, это лучшее окончание такого вечера, разве что Рида вдруг поразит выборочная амнезия, и он забудет обо мне и свадебной программе.

В ответ он… усмехается? Нет ничего небрежнее фырканья:

– А мне нет.

– Не любите Нью-Йорк?

– Я его терпеть не могу.

От его тона я почти отшатнулась. Резкого, как гротеск. Никаких заглавных – терпеть не могу. Это не безобидное высказывание вроде: «Терпеть не могу эту песню» или «Терпеть не могу эти шоколадные шарики с кокосом». И вовсе не похоже на маленькие, незначительные проявления ненависти, лишающие слово его истинного смысла.

Когда Рид говорит, что терпеть не может Нью-Йорк, он совершенно серьезен.