Слёзы Иссинир

– Я никуда не пойду, – заявила я, запрокинув ногу на ногу и потянувшись к нетронутой ранее кружке чая. Воздух завибрировал от волны раздражения, которая прокатилась по всей гостиной, окатив меня с ног до головы. О мою кожу словно потерлись ежи, настолько остро была неприязнь сестры графа Рангвальда по отношению к моей персоне. И все же, она приняла эту игру и опустилась обратно на диван. Изящным жестом опустив ладонь на колено запрокинутой ноги, Анабэль посмотрела на меня как на раздражающего комара, мешающего ей спать.

Чай был едва теплым, и не приносил никакого удовольствия, но я намеренно медленными глотками потягивала его из кружки, искоса поглядывая на Анабэль. Но ее мой маленький театр совсем не впечатлил. Скучающим взглядом она смотрела по сторонам, изредка зевая. От негодования я слишком громко поставила кружку на блюдце. Звон фарфора тонкой мелодией запел в воздухе, вернув мне внимание Анабэль.

– Надеюсь, ты наигралась в капризного ребенка? – усмехнулась она. Зеленые глаза налились непреодолимой глубиной, в которой сложно было что-либо прочесть.

– Ты, видимо, не до конца понимаешь, куда попала? – сквозь прежнюю усмешку в голос Анабэль просочилась угроза. Она нарочито медленно, словно змея перед броском, наклонилась вперед, как будто собиралась поведать мне секрет.

– Хоть ты ведешь себя недостойно, я даю тебе шанс сохранить лицо и пойти к моему брату своими ногами.

Я почувствовала жар, лизнувший мои щеки и коснувшийся обжигающим дыханием затылка. Позориться совсем не хотелось, а тон Анабэль говорил о правдивости ее намерений, поэтому я оставила свои попытки избежать встречи с графом и встала с дивана. В конце концов это только начало. Есть множество других способов заставить графа отказаться от женитьбы на мне.

Потянулись коридоры с гобеленами на стенах, статуями дев и мифических существ, постаменты с вазами и какими-то жуткими на вид древностями, покоящимися за стеклом. Были даже черепа и целые скелеты!

Впечатление о замке в целом у меня сложилось следующее: богато-украшенный, мрачный… склеп.

Всю дорогу меня что-то смущало, но оно было столь неуловимым, словно легкое движение воздуха или порхание невидимой пылинки.