Когда восходит тень

– После твоих показаний, – бесцветным голосом сказал Джуд, повернувшись к Пенроуз, – у трибунала не будет другого выбора, кроме как лишить меня титула и по крайней мере изгнать.

– Ты этого не знаешь, – сказала Пенроуз. – Ты не…

– Знаю, – ответил Джуд. – И ты тоже. Это ты должна была стать Хранителем с самого начала. Если бы ты родилась у Везерборнов, ничего из этого никогда бы не случилось.

Пенроуз отшатнулась, словно он сделал выпад в ее сторону.

– Ты же не можешь так думать. Это… богохульство в отношении пророков.

– Значит, они ошиблись, – Джуд отвернулся. Он не хотел говорить ей о пропаже Дара. Он стыдился, все это было таким ужасным, и Джуд боялся увидеть отголоски собственного страха в глазах Пенроуз.

– Как ты смеешь, – пламенно воскликнула Пенроуз. – Как смеешь сомневаться в Семи. Как смеешь думать, что знаешь лучше них. Ты так отчаянно хотел сражаться за Гектора, но сдался, когда речь зашла о тебе самом.

Имя Гектора ударило, словно нож, в уже кровоточащую рану.

И этого не было достаточно.

Он снова повернулся к Пенроуз.

– Позаботься о пророке.

Он вышел из храма, прежде чем она успела ответить. Он не знал, зачем пришел. Пророков нет. Они ему не ответят.

Последние лучи солнца уже гасли, когда Джуд прошел по мосту к форту. Он обошел путь, ведущий к баракам. Спать не хотелось. Обычно в таком состоянии Джуд отправился бы в любимое место во всем Керамейкосе – к подножию самого высокого водопада, где он раньше выполнял утренние коа.

Это место напоминало ему о Гекторе, как они вдвоем практиковали коа, единственное место в форте, где они могли быть полностью самими собой. Именно там Джуд понял, что испытывает к Гектору. И в тот же момент понял, что никогда не станет человеком, которым ему полагалось быть.

Он не хотел помнить этого человека. Он хотел забыть его, забыть стыд, забыть собственное имя.

8. Хассан

Хассан с Кхепри провели свое первое утро в Великой Библиотеке, исследуя базу повстанцев.

Они повстречались с большинством мятежников предыдущим вечером в обсерватории за чашками пальмового вина и тарелками пряного рагу, хотя Араш так и не появился. Они воссоединились с некоторыми из своих солдат – Фаран нашел путь к убежищу Крыла Скарабея вместе с десятком других.