И меркнет свет

Паллас держал и Беру, и Эфиру в своем кулаке, и ни одна из них не могла с этим ничего поделать.

– Не надо, – ахнула Беру, но ветер поглотил ее голос. Она сделала шаг навстречу Эфире. Потом еще один.

Лазарос схватил ее за руку, предупреждая:

– Эфира.

Встав над коленопреклоненным Ильей, Эфира встретилась взглядом с Беру на другом конце платформы. Она быстро покачала головой, а потом взяла Илью за горло и закрыла глаза.

Беру задрожала. Она никогда раньше не видела, как сестра убивает, не своими глазами.

В те единственные разы, когда она оказывалась рядом, то была слишком слабой, чтобы понять, что происходит. Но тут, на этой платформе над суровым морем, она видела все. Видела, как грудь Эфиры поднялась и опустилась от вздоха, когда она вытянула эшу Ильи из его тела. Как ее рука сжалась на его горле. Видела, как его глаза закрылись, тело обмякло и грудь замерла.

Из горла Беру вырвался крик, и лишь железная хватка Лазароса помешала ей броситься к свалившемуся на другом краю платформы Илье, на коже которого блестел бледный отпечаток руки.

– Нет, – выдохнула она, борясь с Лазаросом. – Нет.

Он был мертв.

Слезы жгли глаза Беру, когда Эфира отступила от тела Ильи. Она чувствовала себя опустошенной, внутри поселился ужас.

Эта жестокая, хладнокровная убийца. Как она может быть ее сестрой? Как Беру это допустила?

На платформе появилась еще одна группа свидетелей с телегой, готовых забрать тело Ильи. Беру наблюдала, как они увозят его, а сердце глухо стучало.

– А теперь, – произнес Паллас, когда они закончили, – пришло время второму грешнику встретиться со своей судьбой.

Свидетели вытащили другого пленника, мужчину постарше, высокого и лысеющего.

Свидетели толкнули его на колени перед Палласом.

– Уверен, вы узнали бывшего лидера этого города, – Паллас нежно коснулся плеча мужчины. – Его правление было отмечено слабостью и жадностью. А когда ваш славный пророк, Паллас Верный, вернулся, этот человек попытался противостоять мне.

И за его роль в неповиновении плану создателя он должен теперь умереть.

Лицо Архона исказил чистейший ужас. Эфира смотрела на него безо всяких эмоций.

Беру хотелось спрятать лицо. Она не могла снова на это смотреть, но заставила себя. Эфира превратилась в это прогнившее насквозь существо из-за нее. Ради нее.

Сестра подошла к Архону, в этот раз быстрее. Паллас постарался отойти, но Эфира схватила его за белое одеяние и дернула к себе.