Разбитые мечты

Эмилия всегда завидовала Люсии, непонятно почему. Люсия была такой несчастной, когда Анжело неожиданно исчез. Без сомнения, Эмилия будет смаковать слухи о них. Сглотнув, Люсия кивнула:

– Хорошо.

Она попросит Анжело выйти из номера, пока будет раскладывать там полотенца. Теперь, когда он стал владельцем отеля, ей придется видеться с ним время от времени. Она привыкнет.

Поднимаясь в лифте, Люсия надеялась, что не застанет Анжело в номере. Может, он забыл о своей просьбе и ушел куда-нибудь…

Ей самой это предположение казалось нелепым.

Двери лифта открылись, и Люсия прошла в номер. Она осмотрелась с осторожностью. Анжело нигде не было видно. Тогда она решила оставить полотенца в ванной и уйти отсюда как можно скорее.

Сделав глубокий вдох, Люсия поспешила к ванной комнате. Только она дотронулась до ручки двери, как та неожиданно открылась: в дверях стоял Анжело в одних черных брюках.

Люсия остолбенела, прижав полотенца к груди, все мысли улетучились из ее головы.

– Ты просил принести чистые полотенца, – выдавила она, облизнув губы.

– Какие полотенца? Я ничего не просил, – сказал он, нахмурившись.

Люсия почувствовала, как она залилась краской.

– Как «не просил»?

Значит, Эмилия ошиблась или обманула ее. Теперь слухи распространятся еще быстрее. Эмилия всем расскажет, что Люсия поднялась в номер к директору поздней ночью.

Он смотрел на нее: румянец все еще играл на ее щеках, но во взгляде была пустота. Однажды ему удалось запечатлеть в своей памяти ее голубые глаза, полные эмоций. Он всегда с легкостью понимал, что испытывает Люсия, ведь она никогда не скрывала своих чувств. Когда они были детьми, он принимал ее преданность как что-то само собой разумеющееся. Он всегда знал, что это не будет длиться вечно, и сейчас ему этого так не хватало.

Теперь ее взгляд выражал полное безразличие. Словно он был незнакомцем. Лучше бы она злилась на него, по крайней мере тогда он бы не терзал себя догадками.

Полное равнодушие с ее стороны обижало Анжело. Так на него смотрел приемный отец, который на протяжении долгих лет скрывал от него его происхождение. «От тебя должно было остаться мокрое место», – вспоминал Анжело слова Карло Корретти.