Подчиниться его приказу

Оливия сама могла послужить тому примером…

– Как это сказывается на нашем выходе к народу?

Азиз дразняще улыбнулся и коснулся ее щеки пальцами, посылая неожиданные искры по телу. Она инстинктивно отшатнулась.

– Мы просто должны вести себя так, словно безумно влюблены друг в друга. Однако удерживайся от лишних прикосновений. Это все-таки консервативная страна.

Оливия возмущенно открыла рот, понимая, что он шутит, но все равно сердясь. Но Азиз только засмеялся, подхватил ее под руку и вывел на балкон, к ожидающей внизу толпе.

Горячий воздух без тени ветра ударил ее в лицо. Толпа взорвалась приветственными криками. Оливия моргнула, оглушенная. Азиз приобнял ее за талию, прижал ладонь к бедру, а другую руку поднял в ответном приветствии.

– Помаши, – прошептал он, и Оливия послушно вскинула руку. – И улыбнись, – добавил он с тенью смеха.

Она изогнула губы. Они стояли так, бедро к бедру, обнимаясь и махая толпе, продолжавшей ликовать.

– Ты говорил, что люди Кадара тебе не верны, – прошептала Оливия.

Азиз пожал плечами:

– Они романтики и традиционалисты. Фантазия о моей сказочной свадьбе нравится им куда больше, чем я сам.

– Вот уж действительно сказка, – ехидно ответила Оливия.

Азиз только улыбнулся.

Бесконечную минуту спустя он опустил руку. Оливия думала, что они наконец уйдут с балкона, но ладонь Азиза оставалась у нее на талии, а другую он прижал к ее щеке.

– Что ты делаешь? – прошипела она.

– Люди хотят увидеть поцелуй.

– А как же консервативное общество? – стиснув зубы, поинтересовалась она.

– Сиад немного современнее, не зря он столица Кадара. И все будет невинно. Без языка, – сообщил он.

Оливия возмущенно раскрыла рот, но именно тут Азиз ее и поцеловал.

Она замерла под прикосновением его губ; ее так давно не целовали, что она забыла, насколько это интимно, удивительно и, честно говоря, прекрасно. Губы Азиза были прохладными и мягкими, ладонь на ее лице – одновременно ласковой и твердой.

– Ну вот. – Он отстранился с улыбкой. – Ты сумела сдержаться.

– Это нетрудно, – огрызнулась она, но Азиз негромко засмеялся.

– Тебя так легко рассердить, Оливия. От этого твои глаза восхитительно сверкают.

– Восхитительно это знать, – парировала Оливия, рассмешив его снова.

Азиз повел ее внутрь, но Оливия едва осознавала, где она.