Подари мне себя

– Признаюсь, я отношусь скептически к этому заявлению.

– Какая искренность.

– Я не буду связываться с наркотиками.

– Удивительно, – протянула она, – у нас есть что-то общее.

Он подумал о бульварной прессе, которая рассказывала о посещении Аурелией реабилитационного центра. Вспомнил фотографии с вечеринок с ее участием. Он должен развернуться и уйти отсюда. Девушка следила за выражением его лица, ее губы изогнулись в холодной улыбке, которую он так ненавидел.

– Итак, чего же вы хотите?

Чего он хотел? Такой простой вопрос, и так сложно ответить.

– Мне нужно, чтобы вы выступили при повторном открытии моих четырех магазинов.

Люк почувствовал, что она в шоке, хотя выражение ее лица не изменилось.

– Почему? – наконец спросила она. – Кажется, вы были не в восторге от того, как я пела на открытии вашего магазина в Нью-Йорке.

– Это правда, – согласился он. – Магазины очень важны для меня, и мне не особо нравилась идея с вашим выступлением.

– Спасибо, что все разъяснили.

– Но я передумал.

Аурелия закатила глаза.

– Мне радоваться?

– Открытие было хорошо принято…

– О да, я читала газеты. – В ее голосе слышалась горечь, и Люк почувствовал что-то вроде удовлетворения.

– Люди по-прежнему хотят вас видеть.

– Люди желают моего провала. Вот почему они приходят. – Она отвернулась, и Люк посмотрел на ее профиль.

– Я не хочу этого.

– Что? – Она повернулась к нему, удивление стерло надменность с ее лица. Сейчас она выглядела юной и невинной.

– Я не хочу видеть, как вы потерпите неудачу.

Аурелия смотрела на Люка и жалела, что так много сказала ему.

«Люди желают моего провала».

Почему она сказала правду? Теперь он знает, что ей больно. И эта мысль была ей ненавистна.

Она жалела, что он пришел сюда. Это единственное место, где она могла быть самой собой. Быть в безопасности.

– Я хочу, чтобы вы ушли. – И какое счастье, что ее голос был ровным и уверенным.

Почему этот человек так влияет на нее? Иногда ей казалось, что он видел в ней то, что другие не могут увидеть. И даже не хотят.

– Я уйду, – спокойно сказал Люк, стоя в дверях. – Но пожалуйста, позвольте мне кое-что вам сказать.

Он стоял там как гора. Скала. Она не смогла бы его вытолкать, даже если бы захотела.