Танкист

Присутствующие при этом представлении одноклассники и одноклассницы так и не поняли, как ему это удалось, решили, что здесь какой-то хитрый фокус, но фокуса никакого не было. Только от природы превосходная реакция и координация движений. Позже, сколько ни просили, он отказывался повторить шоу. Не столько из скромности, сколько из практических соображений. «Не хвались, идучи на рать, хвались, идучи с рати, – не раз учил его отец. – И дело не в том, что хвастаться плохо. В некоторых случаях это хорошо и полезно.

Дело в том, что свое превосходство в чем-то лучше всего скрывать. До той поры, пока оно действительно не понадобится. И вот тогда уже пользуйся им на всю катушку».

Да, мог бы попробовать. Но туда брали только с восемнадцати лет, а перед этим претендент должен был два года отучиться в училище, готовящем техников для космических челноков, станций, планетолетов и космодромов. Если же затем молодой человек по различным причинам не поступал в космопилотное, он или автоматически переходил в техобслугу, или вовсе прощался с космосом.

Космические корабли Олег любил не до такой степени, чтобы всю жизнь заниматься их обслуживанием. Да и сам космос тоже, если уж быть до конца откровенным. В детстве мечтал побывать и на Луне, и на Марсе, как почти все мальчишки, а сейчас… Обойдемся. И даже плакать по данному поводу не станем.

Что остается?

Пробиваться в марсианские колонисты или добытчики гелия-3 на Луне? Там можно неплохо заработать. Однако первое означает полный отрыв от родной планеты.

Это почти как умереть – всем известно, что после переселения на Марс навещает Землю один колонист из ста. В среднем раз в десять лет.

Добытчики гелия-3 работают вахтовым методом и бывают на Земле чаще. Шесть недель в году. Иначе невыгодно. При этом две недели из шести уходят на адаптацию, а в оставшиеся четыре лунный добытчик, как правило, тратит потом и кровью заработанные энерго на фешенебельных курортах и в дорогих увеселительных заведениях. Чтобы было что вспомнить.

Это если нет семьи. Семейные же… Нет, на фиг. Хочется дела на Земле. Пусть даже того, что он любит по-настоящему, уже не существует в этом мире. Это – армии. Нигде и ни одной.

Дед Олега Иван Андреевич Шальнев, ветеран-танкист, успевший повоевать и на старых танках, и на первых прототипах танков современных, четырежды горевший, неоднократно раненный, награжденный орденами и медалями уже несуществующих государств, редко рассказывал о войне и армии.