Невеста-невольница

– Значит, мама и Ставрос хотят выдать тебя замуж? – уже более спокойно спросил он. – Но они же не могут сделать это насильно!

– Насильно не могут, – тихо ответила Брианна. – Но они только об этом и говорят.

– Научись их игнорировать. Как был вынужден сделать я. И поверь мне, по себе знаю, что это не так-то просто. – Демос криво ухмыльнулся, и Брианна робко улыбнулась ему в ответ.

– Но они не хотят, чтобы я весело проводила время! Мне всего двадцать один год, Демос! Я хочу взять от жизни все, как и ты.

Последняя фраза прозвучала как обвинение.

Но Демос не хотел, чтобы сестра проводила время так, как он. Образ жизни, о котором грезила Брианна, трудно было назвать безопасным для молодой девушки.

Когда-то он тоже мечтал о свободе, волею обстоятельств вынужденный забыть о ней на многие годы. Настал день, и он ее получил. Почувствовав ее вкус, Демос решил, что теперь уже никогда ее не лишится, но с недавних пор свобода почему-то перестала казаться ему столь желанной, а почему – он понять не мог.

А Алтее он, кажется, не нужен. От этой неожиданной мысли на его губах заиграла улыбка.

– Демос? – Брианна запнулась, и Демос понял, что пропустил все, что говорила ему сестра.

– Ты можешь остаться на ночь, – примиряющим тоном разрешил он. – Вечером мы сходим куда-нибудь поужинать и постараемся весело провести время.

Демос сдержал свое обещание и сходил с сестрой в таверну. Они вкусно поужинали, поболтали, посмеялись. Вечером, когда Брианна уже спала, он позвонил матери.

– Демос? – Голос Нериссы Лейкос звенел от беспокойства. – Я так волновалась! Значит, она ночует у тебя?

– Да, но знаешь что… Мне кажется, она несчастлива. Мне тревожно за нее.

Раздался вздох матери, и она сказала:

– Если бы мне только удалось убедить Брианну выйти замуж! Она ведь в таком возрасте, когда девушке легко попасть в какую-нибудь беду…

– Ладно, мама, пока.

– Будем рады тебя видеть, – сухо сказала мать.

Демос положил трубку и задумался. Когда же он был дома в последний раз? Нет, не дома – дом, куда мать переехала после повторного замужества, когда ему было двадцать четыре года, никогда не был его домом.